О силе и бессилии путинизма.

Автор: Вячеслав Бакланов

Модернизация в теории и практике.

Автор: Вячеслав Бакланов

Многогранность и противоречивость европейского Просвещения в XVIII веке.

Не люблю я восторженных созерцателей. И не очень доверяю их восторгам. Я думаю, любовь к березам торжествует за счет любви к человеку. И развивается как суррогат патриотизма…
Сергей Довлатов,
(российский писатель)

XVIII век в истории Запада далеко не случайно называют веком Просвещения, не только из-за господства абсолютистской формы государственности как переходного этапа к капитализму и колониальных войн и торговли. Это был век, когда западноевропейские культурные элиты своей просветительский идеологией самым непосредственным образом создавали новый рациональный светский Запад с его пиететом перед миром науки и научных открытий.

Идеология элитарного Просвещения

Не будет лишним напомнить, что европейское Просвещение сыграло огромную роль в идейной подготовке к новому строю – буржуазной цивилизации Запада. После Возрождения и Реформации это был третий духовный переворот, практически полностью покончивший со средневековой системой ценностей в элитарных кругах Запада. По словам американского исследователя Ф. Джеймсона, западное Просвещение, можно считать как часть буржуазной революции, помогающей утвердить привычки и жизненные ценности капиталистического рыночного хозяйства. Собственно в теоретических посылах и идеях просветителей люди самых низших классов и сословий Запада находили объяснение, что существующий феодально-абсолютистский порядок нелегитимен и нуждается в серьезном переустройстве.

Сама идеология Просвещения выступила в качестве мировоззрения, претендующего на устройство государства и общества согласно «естественному закону» (Руссо) человеческого общежития на основе разума, свободы и справедливости. Впервые со времен раннехристианских общин провозглашалась идея равенства людей, но теперь уже не освященных религией и традицией, а на основе рациональных действий самих людей, независимо от происхождения, которые могут и должны построить совершенный Град земной. Устремленность к будущему и полный разрыв с традицией виделись многими просветителями как основа успеха.

В первую очередь досталось католической церкви. Для просветителей невежество, мракобесие, религиозный фанатизм – главные причины людских бедствий. Теории просветителей подрывали традиционную веру в незыблемость политического порядка: он установлен не Богом, а людьми и лишь на определенном этапе их исторической жизни; следовательно, государственный строй можно и должно изменять, совершенствовать.

Религия и абсолютизм фактически признавались просветителями как некие институты, не позволявшие европейцам становиться самостоятельными гражданами, ответственными за свою жизнь, полную приключений, но свободную и, значит, настоящую, в противовес жизни несвободной, опекаемой кем-то.

В этой связи следует упомянуть и такого идеолога европейского Просвещения, как философа И. Канта, который сравнил весь предшествующий допросвещенческий период человеческой истории с «несовершеннолетием» самого человека, который отдавал, как малый ребенок, свою свободу таким «строгим родителям» – Богу, церкви, монархам и т.д. По мысли Канта, с эпохи Просвещения человек в Европе вступает в возраст своего «совершеннолетия», когда исключительно он сам будет управлять своей судьбой и выбирать себе жизненную дорогу. Движение к царству свободы (на деле получалось – к буржуазной свободе) для самого Канта означало движение по пути равного для всех правового законодательства и расширения гражданских прав и свобод, независимость гражданского общества от государства.

Следует отметить, что подавляющее большинство просветителей были противниками революционного насилия, считая, что духовное просвещение элиты и масс само по себе может разрушить плотину невежества и несправедливого общественного и государственного порядка. При этом просветители выступали, скорее, сторонниками интеллектуально-элитарной демократии (меритократии), чем сторонниками демократии «для всех». Однако именно идеи Просвещения о неразумности и несправедливости существующего строя вызвали настоящую революционную бурю широких масс, сопровождавшуюся массовым насилием по отношению к старой знати, сначала во Франции в конце XVIII в. и затем во всей Европе в первой половине XIX века.

Франция как политический и культурный центр

То, что мощная культурная традиция Просвещения достигла своего наивысшего расцвета во Франции (в трудах таких мыслителей, как Вольтер, Д. Дидро, Ш. Монтескье, Ж.-Ж. Руссо и т.д.), объясняется всем предшествующим периодом истории этой страны, имевшей самые большие в Европе демографические, военные и материальные ресурсы. Французская государственность, несмотря на имевшее здесь место неблагоприятное для экономики сращивание ряда властных структур с бизнесом (власть-собственность), смогла создать разветвленный бюрократический аппарат, направленный на аккумулирование капиталов внутри страны путем колониального грабежа и развитой торговли, а также развития отечественного предпринимательства в сфере производства.

Но главное, передовая по меркам того времени французская культура и наука в целом выдвинула полубуржуазную Францию в авангард западного культурного развития в XVIII веке, с культурного образца которого стремились копировать другие европейские страны. Отсюда далеко неслучайно убежденность просвещенных французов в том, что только Франция, а не, как ранее, Италия может считаться сердцем Европы.

Следует отметить, что Запад вплоть до конца XVIII века был представлен только европейским регионом (образование США в 1783 г. расширило границы Запада), вернее, ее западной частью. Собственно наименование Запад и стало производным от Западной Европы, границы которой в эпоху раннего Средневековья совпадали с католическим миром, а, начиная с XVI века, объединяли уже в себе две конфессиональные половинки: католическую и протестантскую.

Мир православной Европы в глазах французских и итальянских интеллектуалов был бесконечно далек от истинной цивилизации Запада, который, по их мнению, включал далеко не все территории Западной Европы. Самообразы европейцев и их ценности постоянно менялись на длительном промежутке времени от средневековья до эпохи Просвещения. Если до XVIII века идея единства Европы была наполнена религиозным содержанием, то теперь она все больше идентифицируется со светскими идеями рационального познания и обустройства мира, с верой во всесилие светского образования и науки, свободу и правовое равенство людей.

Эти убеждения стали своеобразной нетеистической верой интеллектуального слоя западноевропейцев, своего рода замкнутого ордена ученых, во многом изолированных от реальной действительности, подобно касталийским интеллектуалам из бессмертного романа Германа Гесса «Игра в бисер». Интеллектуальный мир образованных и культурных европейцев – носителей совершенного знания резко контрастировал с господствующим абсолютизмом и клерикализмом континентальной Европы и уж тем более с европейскими колониальными порядками и бесчеловечной атлантической работорговлей.

И в то же время он в какой-то степени отвечал сложившемуся общему уровню образования в Западной Европе, которая в развитии печатного дела, книгоиздательстве, обгоняла все регионы планеты вместе взятые. Только в Англии в 1753 году продавалось газет на 7 миллионов экземпляров. В 1787 году французский журналист Себастьян Мерсье писал: «Читающих людей сегодня в десять раз больше, чем сто лет назад. Сегодня вы можете застать служанку в подвале или слугу в прихожей за чтением памфлета. Люди читают почти во всех классах общества, и это только радует».

Действительно, распространение книгоиздательства, выпуск печатной продукции, как и все большее распространение грамотности среди масс ставила Западную Европу в мировые лидеры и подготавливала тем самым почву для последующего модернизационного рывка. Но наличие грамотности у низов не давало еще последним в условиях сословно-абсолютистских порядков (в подавляющем большинстве европейских стран) изменить свою жизнь к лучшему.

Однако этого по большей части не понимали или не хотели понимать западноевропейские просветители, грезившие о будущей счастливой жизни через распространение печатного слова. Эта книжная отвлеченная от жизненной реальности культура просветителей (преимущественно французов) во многом объясняет их стремление воплотить свои идеалы о будущем и совершенном человечестве, невзирая на социально-экономические, политические и культурные различия между народами.

Франция весь XVIII век, сама, будучи далеко не свободной страной (даже в России был более либеральный режим по отношению к просветительской литературе), фактически превратилась в политический и культурный центр, откуда по всей Европе распространялись космополитические идеи в духе абстрактного братства всех людей и свободы. То есть именно здесь, во Франции формировались идеи нового европейского, а точнее буржуазно-космополитичного сообщества.

Цивилизационный европоцентризм

Чтобы воплотить идеалы о совершенном и космополитическом братстве народов в жизнь, по мысли просветителей, требовалось в духе теории европейско-мирового прогресса преодолеть сковывающую по рукам и ногам прогресс традицию, которая аккумулировала в себе множество иррациональных, как религиозных, так и этнических норм, привычек, предрассудков и т.д. Эти традиции, по мнению просветителей, мешали объединению людей на основе чистого разума и рационально сконструированного общества.

В такой утопической трактовке интеллектуалов-просветителей настоящий европеизм рассматривался как преодоление этнического, конфессионального партикуляризма в движении к всеобщему и процветающему для всех народов и культур космополитизму.

Собственно понятие «Европа» для большинства просветителей значило не столько совокупность политических и социально-экономических порядков и режимов европейских и других стран, сколько приобщение к узкоэлитарному и интеллектуальному слою их же самих, узкого круга писателей, философов, журналистов, публикующих свои сочинения и одновременно читающих «опусы» практически своих же единомышленников.

Отсюда такая оторванность от жизни, полное доверие к печатному слову людей, зачастую узнавших о предмете своего исследования из других печатных источников, имевших в свою очередь отдаленное представление о сути предмета. Многие из них просветителей редко или практически никогда не выезжали за пределы своих городов и стран, зато считали себя компетентными в написании трудов, исследований по истории тех или иных стран, описывая этнопсихологические черты того или иного народа. Как, например, Вольтер, Монтескье, Руссо свободно описывающие характер, быт и привычки Польши и России, никогда при этом там не бывали.

Разум в произведениях Вольтера, Дидро, Даламбера, Кондорсе представлялся как двигатель общественного прогресса, а прогресс виделся жестко детерминированным, подчиненным общим законам развития. То есть при таком понимании человеческой истории у обществ (разумеется, в первую очередь у европейцев) вообще исключался какой-либо выбор иного развития, исходя из их культурного своеобразия. Все предельно предустановлено и предзадано в движении к заранее известной точки прибытия – совершенной свободе.

В соответствии с таким предзаданым детерминизмом формулировалась идея поступательного движения вверх по лестнице мирового прогресса. В качестве всеобщего центра мира и лидера, идущего впереди и указывающего всем другим отставшим по пути достижения всеобщего мира и благополучия, была Европа. В соответствии с таким универсалистским идеалом свободы и упрощенным пониманием всего многообразия человеческой истории в воззрениях европейских интеллектуалов золотой век для всего человечества виделся в недалеком будущем, а Европе в первую очередь уже было до него рукой подать.

В эпоху Просвещения в трудах французских энциклопедистов, английских просветителей в духе концепции линейного прогресса получает и толкование понятие цивилизации. Причем само это понятие стало служить своеобразным маркером, определяющим высокий уровень народов, стран, достигших вершины прогресса в общем движении к всеобщей гармонии. При этом понятия цивилизации, цивилизованного в работах европейских просветителей выступали в качестве их полной противоположности – варварству.

Это со своей стороны стало служить основой для превосходства западноевропейской культуры над всеми неевропейскими культурами (здесь в первую очередь подразумевались так называемые дикари – американские индейцы, африканцы), а значит, неизбежности уже не просто экспансии против них ради их ограбления, а ради цивилизаторской миссии в отношении отставших на лестнице мирового исторического прогресса.

С этого времени берет свое начало, политика культурного империализма, которая получит свое логическое завершение в XIX веке. «Мы – цивилизованные и учителя их, они – дикари (как индейцы Америки), или варвары (как жители Востока) и должны слушаться нас ради их же пользы» – примерно в такой огрубленной форме можно было истолковать весь просвещенческо-цивилизаторский дискурс западноевропейских интеллектуалов.

Собственно говоря, именно в Просвещение окончательно сформировался европоцентризм с его пренебрежительным отношением к другим народам и культурам, манерой именовать их варварскими, отсталыми, неспособными к самостоятельному развитию, что впоследствии, по мнению авторитетного исследователя этой проблемы Э. Саида, будет называться ориентализмом, или ориенталистским дискурсом. А отсюда вытекало только одно: Европа обязана властвовать над ними и всячески их (в том числе и через насилие) принуждать к желанному (для прогрессоров) прогрессу и свободе. Само же властвование над нецивилизованными народами и опека над ними, безусловно, предусматривала определенные плоды и выгоды со стороны опекающих европейских цивилизаторов.

Собственно говоря, поэтому европейские просветители стыдливо продолжали умалчивать о преступлениях, творимых европейскими колонизаторами в отношении разных туземцев. В конце концов, с варварами можно поступать по-варварски для их и общего блага. Этим и разрешалось явное противоречие в цивилизаторских концепциях просветителей: с одной стороны, призывы к всеобщему процветанию и свободе (для всех), а с другой – молчаливое согласие с бесчеловечными формами европейской работорговли и колониализма. Одним словом, культурный расизм европейцев легитимизировал правовой расизм неевропейцев и их политическое и экономическое закабаление.

Собственно говоря, именно просветители-космополиты подняли вопрос о цивилизационном единстве Европы, но на этот раз утверждали с позиции светского универсализма, лишенного какого-либо этнокультурного партикуляризма. Так, Вольтер прямо говорил о Европе как о большой республике, разделенной на множество государств. Даже Руссо, который меньше всего из просветителей уделял внимания безнациональному европеизму, восторженно писал: «Нет больше ни Франции, ни Германии, ни Испании, ни даже англичан, а есть только европейцы. У всех одни и те же вкусы, одни и те же пристрастия, один и тот же образ жизни».

При этом следует заметить, что ни о каком цивилизационном единстве западноевропейцев с представителями восточноевропейских культур – с венграми, поляками, греками и тем более русскими – просветителями речи не велось. Все «недоевропейцы» в связи с отсутствием у них качеств цивилизованных европейцев выставлялись из европейского «зала». Билетом для вхождения в этот зал по идее должны были стать наличие высокого уровня светской образованности, науки, экономического развития страны, развитие частной собственности, представительное политическое управление. Однако на практике в понимании просветителей, формирующих общеевропейскую идентичность, европейский клуб из постоянных его участников уже был раз и навсегда сформирован. И включал он исключительно романо-германскую Европу с центром во Франции.

Руссо был одним из немногих, кто подвергал критике теорию прогресса и космополитическую концепцию европеизма. Патриотизм, например, он ставил выше, чем приверженность абстрактному и космополитическому гуманизму. Противоположную космополитической версии европеизма точку зрения имел Иоганн Гердер. Он отвергал как полную унификацию всего человечества, так и европейских народов. В его представлении идея Европы заключалась в единстве многообразия европейских наций, «которые сосуществуют друг с другом на равных правах и связаны между собой при этом». Однако идея нациостроительства в Европе еще не приобрела такого количества сторонников, которые будут у нее в XIX веке, когда французская революция и наполеоновские завоевания дадут мощный толчок национализму.

С правовой позиции идея единства европейских государств трактуется и подается в проекте немецкого философа И. Канта. Собственно говоря, Кант первым придал идее европейского союза государств понимание того, что это объединение должно быть построено на принципах федерализма свободных государств, т.е. союза равноправных республик. По мнению Ж. Кембаева, именно к Канту восходит популярная затем в XX в. идея Соединенных Штатов Европы.

Подводя некоторые итоги, следует признать, что европейская просветительная мысль восемнадцатого столетия в эскизном виде начертила все будущие и ведущие общественно-политические движения западного сообщества: человеческий разум-двигатель прогресса; модерн «vs» традиция; европо-западоцентризм; идея правового государства; космополитизм и национализм; панъевропеизм и европейская федерализация.

Автор: Вячеслав Бакланов.     Дата: 2014-07-19     Просмотров: 3436    

Можно также почитать из рубрики: Восток и Запад

Япония в средневековье.

Автор: Вячеслав Бакланов.

Автор: Юрий
Дата: 2014-07-21

Вячеслав, в двух словах, а каково было отношение просветителей к России? Ведь многие из них вели переписку с Екатериной II?

Автор: Андрей
Дата: 2014-07-21

Мне кажется отношение просветителей было двойственным, с одной стороны они хотели,чтобы Россия была Европой, с другой боялись этого, что Россия поглотит Европу. Это противоречие свойственно было для европейской интеллигенции и в XX веке.

Автор: Вячеслав Бакланов
Дата: 2014-07-21

Андрей, я с вами согласен. Теперь Юрию. До Петра, мы в глазах Европы были Востоком-Татарией, или «крещеными медведями», как о нас сказал Лейбниц. После масштабной европеизации страны Петром и Екатериной II, Россия все равно из-за деспотизма царской власти и рабства крестьян выглядела в глазах просвещенных европейцев как страна, соединяющая и косный и деспотичный Восток и просвещенный Запад. Уже не Восток, но не и Европа, переходная страна между двумя мирами. Таковыми мы и остались, и по сей день в глазах Запада. Впрочем, и на поляков и венгров французы и немцы смотрели свысока, как на «недоевропейцев». Я напишу о взглядах западноевропейцев на своих восточноевропейских соседей.

Автор: Юрий
Дата: 2014-07-21

Вячеслав, спасибо! "Крещеные медведи"-это слишком.

Автор: Андрей
Дата: 2014-07-21

Вячеслав, а где на Ваш взгляд проходят границы Европы? Я имею в виду не географические, а историко-культурные.

Автор: Вячеслав Бакланов
Дата: 2014-07-21

Андрей, границы Европы каждый раз менялись. В XVIII веке восточная граница просвешенной Европы заканчивалась на Эльбе. Меттерних в XIX в. шутил, что за Веной начинается Сибирь. Балканы, Польша, Венгрия, Чехия всегда выводились просвещенной Европой за ее культурные границы.

Автор: Александр
Дата: 2014-07-22

Автор правильно напомнил, что все же, не смотря на свое пренебрежение к другим народам и культурам Европа, особенно в эпоху Просвещения, дала человечеству не мало. Чего стоит распространение научных знаний ( вероятно, наука в таком виде как сейчас, есть, вообще, чисто западный феномен) новых форм общественной жизни, политических и правовых институтов и т.д. Да и сейчас у Запада есть чему поучиться. Правда, не мало было самого отвратительного, также относящегося к западной цивилизации. Но такое впечатление, что историческое время западной цивилизации со всем ее позитивом и негативом кончается. Разве не так? Или если так, что же идет ей на смену? Причем такое ощущение, что произошло перерождение западного мира внутри себя, и он сам добровольно отказывается от тех идей и ценностей которые позволили сформировать западную цивилизацию и привели ее к планетарному успеху. Похоже идет процесс саморазрушения западного мира. Мир меняется и никогда уже не будет таким как прежде.

Автор: Вячеслав Бакланов
Дата: 2014-07-22

Александр, о закате Запада толкуют давно. Я согласен в том что Запад это самая самообновляющаяся цивилизация. А почему? Капитализм был вынесен в лоне ее цивилизации, а нигде нибудь еще. Пока есть негры, а они есть в Восточной Европе, африке, Азии, Латинской Америке, Запад будет эксплуатировать мир. Даже китайцы все равно работают на них, пока. Украинские события еще раз продемонстрировали силу Запада, а именно в том что их немного, но они консолидированы. В драке побеждают не те кого много, а кто друг за друга. В этом пока сила Запада. Хотя верно, время работает не на Запад.

Автор: Юрий
Дата: 2014-07-25

Вячеслав, а масонов в XVIII веке можно ли назвать просветителями?

Автор: Вячеслав Бакланов
Дата: 2014-07-25

В какой-то степени да. Это было узкоэлитарное просветительское космополитическое движение пустившее корни по всей Европе, выступавшее за освобождение человека от власти невежества, сословного неравенства. Христианские корни масонства очевидны, но они выступали против засилья церкви и абсолютизма. Поэтому и преследовались властями всех абсолютистских монархий Европы, включая и Россию. В России все выдающиеся деятели культуры, искусства и военного дела были масонами. В масонстве состояли Пушкин, Суворов, Кутузов и т.д.

Автор: Алексей
Дата: 2014-07-26

Россия заразилась масонской заразой, которая в итоге столкнула лбами интеллигенцию и монархию. Особенно рьяно масоны выступали против Русской Православной Церкви. Они понимали что если дискредитировать Церковь в лице народа, то можно легко подорвать государство. Что собственно и произошло в 1917 году. Русские цари далеко не сразу поняли опасность исходящую от масонов, поэтому заигрывали с ними. А русские масоны были пешками в руках европейских франкмасонов. Те планомерно разрушали и подрывали все европейские монархии и Церковь. Собственно масоны добились своего. Они подорвали христианство во всем мире и установили культ Золотого Тельца. Ныне все главные масонские ложи в США и они тесно связаны с дельцами Уолл-Стрита. Задача российского православного консервативного движения состоит в том, чтобы возглавить все здоровые силы в мире в борьбе против всемирного масонства во главе с США.

Автор: Вячеслав Бакланов
Дата: 2014-07-27

Алексею: Я не специалист по масонской проблематике, но смею вас заверить, что я стремлюсь читать специалистов, а не идеологических борзописцев. Если почитать серьезные исследования по масонам (дореволюционной исследовательницы Т.О. Соколовской, или прослушайте лекцию Л. Мациха о масонах-он специалист), то та нарисованная вами клишированная и однобокая картина о них рассыпится. Сам факт пребывания в масонских ложах лучших Сынов нашего Отечества: Суворова, Пушкина, Кутузова и т.д., говорит в пользу этого крайне мистифицированного и интересного движения. Надо еще учитывать, что были очень разные масонские ложи. Да масоны выступали против феодального недемократичного порядка с ритуализированными и догматическими церковными порядками, убивающими живое и личностное общение с Богом. Однако они не были атеистами, по крайне мере в XVIII веке. Т.О. Соколовская написавшая ряд великолепных книг изданных еще до 1917 г. приводит целый ряд архивных документов из уставов русских масонов XVIII века. Например, только один пункт их программы: «Что есть вера? Вера есть ум Христов, а из сего следует, что, где дух или ум Христов, там и свобода; нет разницы между иудеями и греком, обрезанным и необрезанным, свободным и рабом, ибо Христос есть во всем». Как видно из этого документа они целиком разделяли христианское вероучение. Почему их стали в Росси гнобить с конца 80-х гг. при Екатерине II? За инакомыслие, за общественную и просветительскую деятельность, которая противоречила диктату российского государства того времени. У нас считалось, что только самодержавие, а не частные лица должны народ просвещать и воспитывать в них гуманистические чувства. Самодержавие сразу уловило, что их идеи опасны, и они разрушают каноническую идеологию в виде триединой веры в Православие-Самодержавие-Народности. Эти идеи пробуждали автономию личности от давящей опеки со стороны государства. О теневых сторонах масонской деятельности (отдельных масонских лож) касаться не буду. Они, как и везде есть.

Автор: Юрий
Дата: 2014-07-27

Вячеслав, вы как всегда марку профессионала держите.

Автор: Алексей
Дата: 2014-07-27

Вячеславу Бакланову: Суворов, Кутузов, Пушкин заблуждались. Для нашего Отечества масоны всегда были врагами. Правильно, что их гнобили, только не додавили. Из историков я больше доверяю Н. Нарочницкой. У нее книга называется «Россия и русские в мировой истории». Читали? Там хорошо описана подрывная деятельность масонов против монархий Европы и Церкви. Масоны с их космополитизмом и безверием подрывали основы всех национальных государств. В результате этого либерального космополитичного движения Америка и установила свой диктат в мире.

Автор: Вячеслав Бакланов
Дата: 2014-07-27

Алексею: У меня книга Нарочницкой есть, я ее читал когда-то. Но это всего лишь один взгляд на проблему, причем историка, не скрывающего своих консервативных позиций.

Автор: Алексей
Дата: 2014-07-27

Вячеславу Бакланову: Я консерватор и верующий.

Автор: Вячеслав Бакланов
Дата: 2014-07-27

Алексею: Я вас понял. Я социалист и националист в одном лице, но это мне не мешает смотреть на проблему с одной только стороны и давать однозначные оценки.

Автор: Александр
Дата: 2014-07-28

Думаю, что все-таки роль масонов в европейской и мировой истории очень преувеличена. Но, к примеру, я не сторонник конспирологических теорий и теорий всемирных заговоров. Несомненно масонство сыграло определенную роль в идейно-политической трансформации Европы и даже отчасти России, отрицать это глупо, но были и объективные факторы и процессы, которые развивались по неумолимой исторической логике и само возникновение и деятельность масонства было их неотъемлемой частью.

Автор: Вячеслав Бакланов
Дата: 2014-07-28

Согласен.

Автор: Алексей
Дата: 2014-09-21

Н. Нарочницкая: "Приходится признать, что западноевропейский либерализм суть апостасия христианского мировоззрения, порождение гуманистического, то есть антропоцентричного, а не христоцентричного осмысления личности и ее существования в мире свободной воли". То есть, Просвещение есть нехристианский универсализм и выступает как вызов Христу и Его замыслу о человеке и о мире. Таков вывод настоящего историка. Советую прочитать.

Автор: Виктор
Дата: 2014-10-02

Вот что мне удалось узнать. Орден франкмасонов, в наши дни известный во всех странах европейской культуры, ведет родословную от очень скромного и великосветского по происхождению лондонского клуба начала XVIII века- Орден свободных каменщиков. От англичан масонская традиция перешла к французам. В тридцатых годах XVIII века в Париже насчитывалось пять лож. Первая ложа, известная под разными наименованиями, основана была будто бы в 1725 году, но лишь в 1732 году получила свою конституцию от Великой ложи Англии. В основании этой ложи среди других англичан принимал деятельное участие Чарльз Ред-клифф, граф Дервентуотер, убежденный якобит, сложивший впоследствии свою голову на плахе в Англии.В Германию масонство пришло из Англии.рвое, безусловно достоверное известие о начале масонства в России относится к 1731 г., когда, как гласит официальный английский источник , гроссмейстер Великой Лондонской ложи лорд Ловель назначил капитана Джона Филипса Великим провинциальным мастером "для всей России". Масонство было лишь модой, притом сравнительно весьма мало распространенной, "игрушкой для праздных умов", по выражению Елагина. Масоны работали над приведением "дикаго камня" (символ греховного человека) в "совершенную кубическую форму" (очищение от пороков), приобретали широкие сравнительно с прежними религиозные понятия, глубоко задумывались над вопросами веры и нравственности, упорной работой воспитывали в себе человека. Кажущаяся в наше время несколько бледной масонская мораль оказала благотворное влияние на общество, служа в то же время реакцией против модных течений западно-европейской скептической мысли.Появившись в начале XVIII века, масонство достигло своего расцвета к концу того же столетия и просуществовало в традиционной форме как активная организация до середины следующего века.Для французского масонства начало XX века прошло под лозунгом борьбы с клерикализмом и церковью. Потом наступило время проникновения во французское масонство социалистов.Немецкие масоны считали, что задачи, стоящие перед масонами, - задачи универсальные. Они не могут быть сведены к определенной реальной деятельности ни в религиозной, ни в социально-политической области и заключаются в объединении всего человечества, в построении всемирного человеческого союза на почве братской любви и постоянного мира.аким образом, одна из главных задач масонства - способствовать сглаживанию и примирению всех общественных антагонизмов: расовых, сословных, классовых и т. п. Главные же усилия масонов должны быть направлены на нравственное усовершенствование.глийские масоны в начале века стояли на позициях, чрезвычайно близких к позициям немецких, и с нескрываемым осуждением относилось к политическим выступлениям масонства, а значит, и к практике французских масонов.Американское масонство располагало очень значительными капиталами и связано было с финансовыми кругами Запада.

Поделись с друзьями:

Добавить комментарии:

сумма


; Наверх