О силе и бессилии путинизма.

Автор: Вячеслав Бакланов

Модернизация в теории и практике.

Автор: Вячеслав Бакланов

«Перестройка-катастройка» и крах СССР.

Совершенство достигается только к моменту краха.
Сирил Паркинсон,
(британский военный историк, писатель)

События перестройки явились настоящей демократической революцией, которая началась реформами «сверху» Кремля, а завершились неконтролируемой центральной властью революционными общественными движениями «снизу», которые «смели» монополию КПСС на власть в стране и разрушили единство многонационального государства.

Ошибки перестройщиков

При этом, следует разделять крах партийно-государственной системы в СССР и распад многонационального государства. То, что эти процессы наложились один на другой, сплелись в один узел и привели в декабре 1991 г. к известному результату, вовсе не означает их фатальную предопределенность в распаде многонационального государства. Вообще, в самом начале перестройки, у всех преобладали настроения позитивные. Никто, даже в самом страшном сне, не мог себе представить, что колосс под названием СССР распадется так неожиданно для всех быстро. Даже обидно быстро, для такой грозной и величественной державы, контролирующей четверть мира.

Начиная реформы, М.С. Горбачев был убежден, что стоит только придать ускорение социально-экономическому развитию страны на основе достижений научно-технического прогресса, «умного» планирования, как, затормозившая в своем развитии, тотально огосударствленная система официального «социализма» (чуть позже это назовут «застоем»), обретя «второе дыхание», вновь сможет показать всему миру, и прежде всего западному капитализму, свои общественно-исторические преимущества, и рванет вперед. Пожалуй, в это верили не только в СССР, но даже многие и на Западе. Даже в последние годы перестройки, там царил культ Горбачева- «горбимания».

Однако без сбоев, падений, катастрофических потрясений не получилось, во многом в силу слабой управленческой компетентности самого Михаила Горбачева- главного инициатора реформ. Хотя он поначалу отвечал многим запросам граждан- молодой (всего 54 года!), приветливый и словоохотливый. Не то, что старые генсеки до него. Что говорили по бумажке, со зверски-серьезным выражениям на лице, да еще произносили обезличенным и стандартным языком, что наводило на всех смертную скуку.

Горбачев был человеком энергичным и убежденным сторонником необходимости изменений, но был во многом «бюрократическим идеалистом», склонным к поспешным и слабо продуманным решениям. Неслучайно, по воспоминаниям его главы КГБ Владимира Крючкова, как-то Юрий Андропов при нем отозвался о Горбачеве так: «Он торопыга! В нашем деле нельзя так». Много объясняющая характеристика будущего реформатора СССР, в которого так искренне поверили миллионы советских граждан.

Так что хотел Горбачев, начиная осторожную пока перестройку? Первоначально, Горбачев не ставил вопрос о глубоком изменении советского общественного строя, намереваясь его лишь усовершенствовать в рамках новой модели «демократического социализма» - покончив с наиболее вопиющими недостатками старой модели- бюрократизмом и хроническим дефицитом. Отказаться от модели тотально планового управления, ввести рынок - боже упаси. Горбачев искренне верил в святую идею социализма. Верил в Ленина, но плохо думал о Сталине. Надо было лишь обновить аппарат, омолодив его новыми кадрами. Усилить научно-технологическую составляющую экономики. И все.

В 1985 г. решение проблем страны, в кремлевском руководстве предполагали решить именно так. Важно было лишь возродить к жизни, уже полумертвую для многих думающих людей - марксистско-ленинскую идеологию. Вернее ее канонизированную версию. Догматизированную и бесконечно далекую от некогда живых Маркса и Ленина. Важно отметить, что в отличие от беднейшего Китая, тогда же начавшего свои успешные реформы, СССР, к началу перестройки, находился на довольно высоком уровне научно-технического и социального развития. И этот высокий уровень, при грамотном использовании мог привести страну к еще большему успеху. В свое время Ю. Андропов, намного лучше Горбачева знавший страну и ее проблемы, произнес сакраментальную фразу – мы до сих пор не знаем общество, в котором живем! Эти слова, целиком можно отнести Горбачеву, который на ощупь и торопливо брался реформировать коммунистическую систему, не зная, на чем она стоит? Что ее движет?

Не ставя перед собой задачи детального анализа всех ошибок реформ перестройки, укажу лишь на самые существенные, на мой взгляд, ошибки. Очевидно одно: что главной силой сохранения общественной системы в СССР и мощным обручем, который цементировал и скреплял единство многонациональной страны, была коммунистическая партия. Поэтому, когда с подачи Горбачева, убрали сначала в конституционном документе политическую монополию КПСС на власть (отменили 6 статью в Конституции в 1990 г.), а затем и по факту отняли власть у КПСС (1991 г.), то это, нанесло сокрушительный удар по советской державе. Это резко ослабило центростремительные силы в СССР и наоборот, укрепило центробежные тенденции. Но даже и в этом отношении распад всего СССР не был запрограммирован, хотя, на мой взгляд, выход из союзного государства республик Балтии, Закавказья и, возможно, Средней Азии был неизбежен и желателен как для самих народов этих республик, так и самой России.

Можно ли было создать демократическую федерацию славянских и (возможно) ряда республик Средней Азии и Казахстана? На мой взгляд, да. Почему же этого не произошло? В этом «повинен» не столько национал-сепаратизм национальных окраин (он был следствием, а не причиной) и не Запад во главе с США. Роль внешнего фактора (Запада) в крушение коммунистической системы в СССР сыграла намного меньшую роль по сравнению с внутренним фактором. Хотя США косвенно поспособствовали этому, например, договорившись с Саудовской Аравией «опустить» мировые цены на нефть в 1986 г. Что в огромной степени сократило финансовые поступления в бюджет. А тут еще на бюджет давила и война в Афганистане, которая по воспоминаниям Н. Рыжкова, обходилась стране ежегодно в несколько миллиардов рублей.

И все-таки, главными причинами в крушении коммунистического режима и в развале СССР, на наш взгляд, явились, серия ошибок центрального руководства союзного государства, допущенные в управлении страной в острый период перестройки. Когда гибридная (смесь разных хозяйственных укладов во главе с социализмом) и тотально бюрократическая модель вошла в фазу системного кризиса. Также вскоре выяснилось, что придать «ускорение» одними административными мерами, в том числе и в области новейших технологий, не получается. Тогда решили дать больше свободы госпредприятиям. В 1987 г. предприятия переводились на хозрасчет, самофинансирование и самоуправление, но при этом требовали и выполнения плановых показателей. На деле это привело к тому, что директора могли легально использовать оборудование, транспорт и помещения для своих личных корыстных нужд. То есть получения прибыли.

По факту, расширение прав предприятий привело к формированию «бюрократической буржуазии» в виде директоров предприятий. Последние, используя свою самостоятельность от министерств и в то же время

сохраняя полный контроль над получаемыми от государства бюджетными средствами, «проедали» их, тратя исключительно на себя, не обеспечивая при этом вложения в производственные фонды и экономическое стимулирование работников. Как пишет Р. Пихоя, характеризуя этот закон: «То, о чем и мечтать не могли «цеховики», свершилось в рамках закона « О государственном предприятии (объединении)». Та, деятельность, за которую прежде судили, сажали в лагеря, а то и расстреливали, теперь разрешалось».

При этом руководители предприятий пользовались любой возможностью взвинчивать цены на товары, которые так и не пользовались спросом, что дало разбег инфляции. Начались осторожные пока эксперименты с рынком. Но, легализация мелкого предпринимательства (1986 г.), закон о кооперации (1988), аренда на селе (1989), закон «О собственности в СССР» (1990) не дали положительного результата, что они принесли в Китае (там они проходили более последовательно, при жестком контроле со стороны компартии и государства). Кооперативы создавались, как правило, при государственных предприятиях. Они, с самого начала стали заниматься спекулятивной перепродажей государственного имущества и продукции, используя тесные, зачастую теневые связи с руководством предприятий. И если руководство кооперативов, связанное с руководством государственных предприятий наживали огромные барыши, то в проигрыше было государство, вернее бюджетные госпредприятия, на которых кооперативы паразитировали. Забирая с них львиную долю прибыли.

Зато именно в кооперативной сфере возникали первые капиталы и знаменитые капиталисты будущей России: Абрамович, Фридман, Гусинский, Усманов. Под эгидой ВЛКСМ, возникли в 1987 г.- центры научно-технического творчества молодежи. Которые, используя, официальные партийные и комсомольские каналы, фактически стали заниматься валютными операциями и переводом безналичных денег в валюту, по выгодному коммерческому курсу. Исследовательница российской бизнес-элиты О. Крыштановская пишет: «Комсомольская экономика» - это детище советской номенклатуры- стала питательной почвой, на которой взошли ростки нынешней российской буржуазии». Именно в валютных операциях, в рамках легальной «комсомольской экономики», был реализован ранний предпринимательский «талант» Михаила Ходорковского.

А что происходило в деревне, ранее подвергшейся массовому «раскрестьяниванию»? Призыв к частной предпринимательской деятельности на селе не вызвал взрыв энтузиазма, подобного тому, что было во времена нэпа. Или в том же Китае, где была массовая дешевая рабочая сила. В итоге к лету 1991 г. хозяйства арендаторов в СССР, охватывали лишь 2 % земли и 3 % поголовья скота. В то время как государственные советские совхозы и колхозы не справлялись с растущими потребностями граждан. Зарплаты у граждан выросли, но их ждали пустые прилавки. А потому розничные цены резко поползли вверх, вызывая «кризисы» - «табачный», «сахарный», «водочный»,- с огромными очередями. Все это вынудило на многие продукты и товары вводить нормированное распределение «по талонам».

Самым губительным ударом для падающей советской экономики было общее падение экспорта энергоносителей, вызванное низкими ценами на нефть на мировом рынке. Считается, что только в 1986–1988 гг. СССР в результате мирового падения цен на нефть и газ потерял до 40 млрд инвалютных рублей. По мере того как поток нефтедолларов из-за низких цен на мировом рынке катастрофически иссякал, партийное руководство страны все больше прибегало к внешним заимствованиям, тратя на это валютные резервы. В результате к концу перестройки только затраты на обслуживание внешнего долга достигали трети всех доходов от экспорта.

Попутно были допущены и другие ошибки, среди них антиалкогольная компания, лишившая бюджет миллиардов рублей. А ведь за счет продажи спиртных напитков государство покрывало чуть ли не треть всего розничного товарооборота государственной торговли. Экономические «войны» за бюджетный суверенитет между союзными и республиканскими ведомствами вкупе с широким рабочим забастовочным движением за улучшение своих социально-экономических прав привели крупным экономическим потерям, дезорганизации межотраслевых связей и, в свою очередь, еще более усугубили положение дел в экономике.

Таким образом, отметим, что после утраты монополии власти КПСС в стране, была допущена и вторая кардинальная ошибка реформаторов – неправильный экономический курс, который привел к разбалансированию всей экономической системы: государственному дефициту, вымыванию множества потребительских товаров, безудержным займам за рубежом и т.д. И следствием провальной экономической политики стал резкий рост социальной напряженности, национальный сепаратизм в республиках, колебания в партийной элите и впоследствии ее полный раскол. Отсутствие успеха в экономике (в Китае все было наоборот) привело команду М.С. Горбачева на путь политических реформ. Выразилось это в попытке предоставить реальную власть Советам и отнять государственную и хозяйственную власть у КПСС. Вот здесь была ключевая ошибка реформаторов «демократического социализма». Не следовало было начинать проводить политическую реформу, не добившись успеха в экономике, тем более ослабляя партийное руководство страной.

В конце концов, народ возненавидел советскую власть не за ее идеологию, а за пустые полки на прилавках и отсутствие на них элементарных вещей, необходимых для жизни. Взрастив в позднесоветский период мелкобуржуазную психологию советского потребителя, кремлевская верхушка фактически загнала себя в ловушку необходимостью постоянно удовлетворять возрастающие материальные и культурные потребности советских граждан, при этом сохраняя военно-политический паритет с Западом и роль авангарда социалистического мира, а также донора стран «третьего мира». Такие «космические» задачи просто уже невозможно было реализовать в рамках стагнирующей экономики, к тому же «обескровленной» в результате «обвала» мировых цен на энергоносители.

Перестройка превращается в «катастройку»

После XIX партконференции КПСС (июнь 1988 г.), где были приняты резолюции о «демократизации советского общества», «о гласности», «о борьбе с бюрократизмом», политическая жизнь в СССР резко забурлила открытыми политическими движениями (новыми партиями, национально-демократическими «народными фронтами» и т.д.) и уже в 1989 г. стала опасно выходить из своих берегов. Правящая партия стала подвергаться массированной атаке со всех сторон. Сторонники решительной «демократии» в партии яростно нападали на ее «консерваторов» (особенно на Е. Лигачева), которых пугал размах неконтролируемых общественных движений. Самого Горбачева считали «центристом». Но при этом он чаще всего поддерживал «демократов».

Так Горбачев осудил статью Нины Андреевой «Не могу поступаться принципам» (март 1988 г.), в защиту Сталина и доперестроечной модели государства, несмотря на то, что ее первоначально поддержало большинство членов Политбюро ЦК КПСС. Александр Яковлев, член Политбюро и главный куратор в стране идеологии, информации и культуры, не просто во всем поддерживал М. Горбачева в его борьбе с консерваторами, но и был ярым сторонником расширения гласности, всеобщей демократизации и отказа от партийной монополии КПСС.

Примечательно, что именно подобную позицию Нина Андреева в своей знаменитой статье в «Советской России» от 13 марта 1988 г., наиболее последовательно критиковала и характеризовала как «леволиберальный интеллигентский социализм» (хотя к таким взглядам можно было тогда отнести скорее Горбачева, Яковлев больше склонялся к антикоммунизму). Но именно либерал Яковлев (главная мишень в стране для консерваторов и почвенников) предложил Горбачеву отказаться от поста генсека КПСС в пользу нового поста Президента СССР. Что резко ослабило все рычаги центрального управления в стране.

Наконец, начиная с 1990 г., первоначально управляемая М.С. Горбачевым перестройка страны в ходе допущенных центральным руководством ошибок (политических и экономических) вышла из-под контроля центра и вылилась в стихийные неуправляемые революционные процессы, в которых одни (региональные власти национальных республик) стремились получить полный контроль над собственностью в своих республиках, другие (некоммунистические, демократические движения) – власть в стране и свергнуть коммунистический режим.

Особенно это было видно по тому, как шел процесс непрерывной радикализации газетных и журнальных публикаций, вскоре вышедших из-под информационного контроля власти. Еще одна важнейшая ошибка коммунистического Кремля! Начиналось все с безобидных публикаций в духе: «больше социализма»; осуждения всех форм бюрократизма и рецидивов сталинизма; заканчивалось уже призывами уничтожения всех основ социализма, тотальным переходом к рынку и призывами уголовного преследования всех коммунистов, кэгэбистов и прочее.

Революционный радикализм масс всячески подпитывался как острокритичными печатными публикациями, так и ширившимся неформальным движением молодежи (поклонников рок-музыкантов, рокеров, люберов и т.д.), а также и сферой частного предпринимательства- «индивидуалов», стремительно разбогатевших кооператоров и т.д. Звучащая рефреном песня популярного тогда Виктора Цоя- «Перемен! Мы ждем перемен!»- воспринималась всеми противниками партийно-советской системы, как призыв к срочному отказу от старой общественной модели - пребывающей в системном кризисе.

Ситуацию усугублял все разрастающийся кризис в экономике. В 1989 году дефицит составил около 100 млрд рублей, или 10 % валового национального продукта. Для его покрытия правительство прибегло к огромным займам за рубежом и «включило» печатный станок. По словам Е. Гайдара, «к началу 1990 г. катастрофичность складывающегося в СССР экономического положения становится очевидной». Из свободной продажи исчезали то сахар, то зубная паста, то мыло и стиральный порошок. Что людей, наслушавшихся радикально критичных телепередач («Взгляд») про проблемы страны и сладкую жизнь партаппаратчиков, откровенно заводило и бесило.

А между тем, миллионные тиражи антикоммунистических газетных и журнальных публикаций («Огонек»), разного рода протестных движений, новая буржуазная культуры «частников» - делала свое дело, переламывая ситуацию в свою пользу. Таким образом, ранее всячески преследуемое властями антикоммунистическое меньшинство смогло навязать всей стране капиталистическую рыночно-либеральную повестку дня и закрепить ее при пассивно-безвольном нейтралитете и почти всяком отсутствии борьбы со стороны практически разложившейся партийно-советской номенклатуры и основной массы населения, разочарованного в советско-коммунистическом проекте.

Демонтаж прежней партийно-государственной системы осуществлялся, при вольном и невольном попустительстве верховной власти. Начались поправки в действующую Конституцию СССР. Сначала узаконили новый высший законодательный орган страны Съезд народных депутатов СССР (1989 г.). При этом трансляции всех съездов буквально будоражили страну, ошарашенную от потоков разоблачений и «преступлений» власти. Затем: отменила 6 статьи Конституции СССР (о монополии КПСС на власть); избрание Горбачева Президентом СССР (март 1990 г.); избрание Б. Ельцина на пост президента РСФСР (12 июня 1991 г.) и появление нового центра власти в стране - неподконтрольного Кремлю, в итоге, все это привело к полной разбалансировке всей государственной системы в стране - осуществлявшей на партийной основе.

Партия была становым «хребтом» советской государственности. Убрав этот хребет, руководители перестройки сами того не осознавая, запустили механизм ликвидации партийно-советского государства. К тому же, в СССР, в отличие от Китая, произошел раскол в правящей элите - на «консерваторов» и «демократов». И воспользовавшись слабостью Центра, национальные региональные элиты в открытую («парад суверенитетов») приватизировали собственность в своих республиках, отказываясь перечислять средства союзному центру, что впоследствии привело к полному экономическому коллапсу. Особую роль в расколе многонациональной страны заняло российское руководство во главе с Б. Ельциным. Летом 1991 г. вся страна через печать и телевидение наблюдала за противостоянием Горбачева и Ельцина.

Приближалась развязка. Решающие для СССР события 19-21 августа 1991 г., которые резко ускорили крах итак клонящегося к гибели СССР. Когда 19 августа по телевизору советским гражданам было объявлено о неспособности Президента СССР Михаила Горбачева, руководить страной и о введении чрезвычайного положения в стране и создания Государственного комитета по чрезвычайному положению (ГКЧП). Тогда, цели гэкачепистов (Янаева, Крючкова, и т.д.) были весьма благородные: спасти страну от ее развала и предотвратить сползание ее к гражданской войне. Вот только Г. Янаев, вновь назначенный президент СССР, вместо вдруг «заболевшего» М. Горбачева, представлял собой жалкое зрелище - у него заметно тряслись руки от страха.

Объявление о введении чрезвычайного положения и создания ГКЧП было произведено за сутки до подписания нового Союзного договора, согласно которому СССР становился бы рыхлой конфедерацией, с возможным бы выходом из нее всех республик. Сам Горбачев, знавший о готовящемся перевороте, решил схитрить: он подыграл гэкачепистам по своей «изоляции» от страны и мира- заняв выжидательную позицию. Он рассчитывал сохранить за собой власть при любом раскладе событий. И потому, Горбачев больше притворялся изолированным от мира, у себя на даче в Форосе, в Крыму. Зато руководство России- ее президент Борис Ельцин и Верховный совет РСФСР- расценили действия ГКЧП как государственный переворот- путч. Отсюда в российский лексикон прочно вошел термин- «путчисты». Правительство Москвы, во главе с демократом Г. Поповым поддержало Ельцина- что облегчило ему победу.

Для противостояния ГКЧП стихийно были сооружены баррикады возле Белого дома, где многие десятки тысяч москвичей- защитников демократии собрались для противостояния хунте, как они называли ГКЧП. На стороне ГКЧП была армия и спецназ («Альфа»). Но они оказались ненадежными. Так началось знаменитое противостояние 3-х дней (с 19 по 21 августа) «путча», или правильнее сказать нерешительной попытки последними советскими руководителями спасти СССР и гибнущую коммунистическую систему. Итог известен: практически мирным путем (всего 3 человеческие жертвы!) победили сторонники антикоммунизма и либеральной демократии. Деятели ГКЧП были арестованы, освобожден из мнимого «ареста» Горбачев, чтобы затем стать заложником торжества главного победителя августовских событий- Ельцина.

Безусловно, то, что во главе оппозиционеров стоял решительный и рисковый Ельцин, с колоссальной волей к власти и могущим поднять за собой толпы заряженных на действия людей, во многом определило победу августовской либерально-буржуазной революции. Не будь Ельцина, возможно никакого бы «чуда августа 1991» не случилось бы. Все его противники, включая мягкого и говорливого Горбачева, не могли ему противостоять. Горбачев в те месяцы, больше походил на мятущегося говоруна- демократа А. Керенского в 1917 г. И тогда и сейчас результат оказался предсказуем. Победа всегда на стороне волевых и решительных, а не безвольных и мятущихся.

После победы «демократов» во главе с Ельциным, над слабовольными общесоюзными партаппаратчиками, судьба СССР была уже предопределена. Рвущийся к власти Ельцин стремительно отбирал важнейшие полномочия во всем ему уступающего Горбачева. Последний гвоздь в гроб СССР вогнал национальный фактор. Вернее твердое желание руководства ряда национальных республик (России, Украины и Белоруссии) создать свои независимые государства. Что и было сделано на подписании так называемых Беловежских соглашений 8 декабря 1991 г. Тогда лидеры трех республик: Б. Ельцин, Л. Кравчук и С. Шушкевич, не уведомив даже другие республики, торопливо подписали Соглашение о создании Содружества Независимых Государств (СНГ) и ликвидации СССР. Формально существовать старому государству СССР осталось еще 3 недели.

Итак, отметим, решающую роль в распаде уже агонизирующей страны в 1991 г. сыграло новое российское руководство во главе с Б. Ельциным. Ельцин и его ближайшее окружение, исходя из своих корыстных интересов личной власти и с целью «приватизации» огромной российской собственности, вступив в тесный союз со всеми сторонниками дезинтеграции союзного государства (в первую очередь, с представителями ряда национальных республик), своими целенаправленными действиями решило участь СССР.

При этом распад многонационального СССР (а не системы) не был исторически детерминирован и не был реализацией какой-то исторической закономерности. Это стало выражением многих обстоятельств, включая и предшествующий перестройки кризис коммунистической системы, разложение партийной верхушки, ошибки горбачевского Центра в реформировании сверхцентрализованной партийно-советской системы, раскольническая роль российских «национал-демократов», и национал-сепаратизм в союзных республиках.

И если отмотать снова назад, в 1985 год, в начало перестройки, когда всюду царили прекраснодушные мечты Горбачева о «демократическом социализме», можно ли было за это время построить социализм- настоящий, как у классиков марксизма? По- умному (а не по горбачевски!) приближая его, вернее его плакатно- картинный образец, к неприглядной советской действительности, бесконечно далекой, от советских фильмов и парадных кинохроник? Думается, что нет. Слишком далеко зашли процессы разложения советской системы в последние десятилетия. Сама социальная идея коммунизма в глазах партийно-советской элиты и интеллигенции, уже тогда была дискредитирована. А над «марксизмом-ленинизмом» откровенно смеялись.

Другое дело, что вполне возможно было, сохраняя партийный контроль над всеми процессами в стране, совершить переход (лет за 10) к жестко контролируемому и ограниченному рынку и к более широкой советской демократии (но с контролируемой цензурой над СМИ), без сбоев и социальных потрясений. При этом максимально сохранив научную и производственную сферу, стратегическое планирование и тем самым создав полноценные условия для перерастания существующего общественного строя в цивилизованный высокоиндустриальный и социализированный капитализм (ближе к скандинавскому образцу), а не переходить к «криминальному капитализму» - образца 90-х, с рухнувшей экономикой и социальной сферой, вымирающим населением и гражданской войной на Кавказе. Однако история не знает сослагательного наклонения. Произошло то, что произошло.

Автор: Вячеслав Бакланов.     Дата: 2014-04-24     Просмотров: 4598    

Можно также почитать из рубрики: Советская Россия

Брежневский «закат» СССР в 1976-1982 гг.

Автор: Вячеслав Бакланов.

Автор: Александр
Дата: 2014-05-11

А как же личностный фактор? Как на ситуацию повлияло то что руководителем страны в то время был М. Горбачев и как это сказалось на ходе реформ?

Автор: Вячеслав Бакланов
Дата: 2014-05-15

Безвольный император-стоик Николай II, как либеральный, но не твердый Горбачев, несомненно несут на себе всю ответственность за распад своих государств.

Автор: Юрий
Дата: 2014-07-02

Горбачев дал свободу, но не смог удержать власть и довести начатые реформы. Безвольных правителей в России не любят, любят жестоких тиранов.

Автор: Вячеслав Бакланов
Дата: 2014-07-02

Горбачев противоречиво соединял в себе черты либерала и всесильного руководителя ранее кровавой и ставшей целиком бюрократической партии КПСС. Вы правы Юрий в том, что когда проводишь масштабные реформы как перестройка, не следует ослаблять свою власть. У Горбачева на это не хватило твердости, как ее хватило у Дэн Сяопина, когда он в 1989 г. расстрелял и задавил танками студентов на площади Тяньаньмынь и спас тем самым режим и страну. У Андропова твердости было больше, но он был безнадежно больной, старый и собственно ничего кроме укрепления дисциплины и борьбы с коррупцией не предложил. У него, к сожалению, не было таланта реформатора-хозяйственника как у Косыгина. Вот кто бы, по моему мнению, мог бы спасти тот режим, окажись он на месте Брежнева.

Автор: Капитан
Дата: 2014-07-10

Перестройку правильно назвали катастройкой. Это была катастрофа самого могучего и самого справедливого в истории государства. Лет через 20-30 историки более объективно чем сейчас, будут оценивать эти события.

Автор: Вячеслав Бакланов
Дата: 2014-07-11

Когда Чжоу Эньлая (соратника Мао Цзе-Дуна) спросили что выдумаете о Французской революции 1789 г.? То он ответил, что об этом еще рано судить. Большое видится на большом расстоянии. Верно. Но советская цивилизация ушла безвозвратно в небытие и оценки ее давать можно. На то историки и существуют. Я же высоко оцениваю достижения советской эпохи, но стремлюсь к объективности. И меня как человека с советским вузовским образованием, опытом службы в советской армии все равно не заворожила советская эпоха. Много в ней было скучного и лицемерного.

Автор: Капитан
Дата: 2014-07-12

В СССР были недостатки, но где их не было. Зато отношения между людьми были чище.

Автор: Вячеслав Бакланов
Дата: 2014-07-12

В этом я с вами согласен. Отношения были более братскими, между всеми национальностями. Я в то время не боялся за себя, гостя в любой из республик, южной, или славянской. Сегодня, такого нет.

Автор: Иван
Дата: 2014-08-28

Я думаю что огромные военные расходы и помощь всяким развивающимся странам угробили СССР. Надорвались короче.

Автор: Вячеслав Бакланов
Дата: 2014-09-21

XX съезд несмотря на весь его гуманистический пафос и стремление к правде, оказал разрушающее воздействие на все ценности советского социализма. Коммунистическая идея стала связываться с практическим ее воплощением, а именно с безвинными жертвами террора. Внутри страны стало формироваться диссидентское движение, а в Европе стали рассыпаться крупные западные компартии. Наконец, отсутствие преемственности официального курса и в наследовании традиции. Каждый последующий руководитель начинал свою деятельность с дискредитации предшественника: Хрущев обвинял во всем Сталина, Брежнев обвинял во всем Хрущева. При Горбачеве во всем обвиняли брежневский курс. Китайцы так не поступали. Они и сейчас не трогают Мао-Цзэ-Дуна.

Автор: О. Стецкой
Дата: 2015-10-19

Удивляет, что в современной России Горбачев, Яковлев не востребованы. Почитаются - подлецы, лицемеры и жополизы.Вот настоящие патриоты путинской России воспитанные по кремлевскому сценарию.

Автор: Олег Кузенков
Дата: 2016-01-22

Здесь не сказано о главном, о предательстве Горбачева и Яковлева по отношению к стране, которая их воспитала и выдвинула себе в Разрушители. Автор уходит от главной темы, что доказывает необъективность статьи.

Поделись с друзьями:

Добавить комментарии:

сумма


; Наверх