Древняя Русь: от Ярослава Мудрого до Владимира Мономаха.

Лжи остерегайтесь, пьянства и блуда, от того ведь душа погибает и тело
Владимир Мономах,
русский князь

Принятие христианства дало Руси не только приход книжной культуры и христианского искусства, но и по времени совпало с ростом городского ремесла и хозяйства, а также сопровождалось с возрастанием геополитического могущества Руси, масштабного расширения ее международных связей при великом князе Ярославе Мудром. С началом XI века Киевская Русь вступила в период своего более чем векового расцвета, закончившегося периодом правления Владимира Мономаха и Мстислава Великого в 20 -30-е годы XII века.

Новая междоусобица и победа Новгорода во главе с Ярославом Владимировичем

Начавшемуся расцвету Руси не помешала очередная борьба за великокняжеский престол в 1015 г., после смерти Владимира Святославовича, где город Новгород со своими старыми антикиевскими традициями сыграл свою весомую роль. Согласно летописному своду, сразу после смерти Владимира его приемный сын Святополк захватил власть в Киеве и объявил себя великим князем, а затем убил (не совсем ясно почему) своих младших братьев ростовского Бориса и муромского Глеба. Впоследствии за это немотивированное убийство Святополка в летописях назовут «Окаянным», а Бориса и Глеба канонизируют как первых святых Руси за мученическую смерть.

Против Святополка выступил новгородский князь Ярослав, с новгородцами и дружиной наемных варягов. Ярослав разбил его у Любеча (1016) вынудил бежать в Польшу, под защиту своего тестя Болеслава по прозвищу «Храброго». Вскоре ситуация изменилась с вступлением в войну Польши на стороне Святополка. На этот раз объединенные войска киевлян, поляков князя Болеслава Храброго и печенегов разгромили на берегах Буга князя Ярослава в 1018 г. В плен к польскому победителю Ярослава попадает сестры Ярослава, его жена и мачеха (жена его отца), а также вся великокняжеская казна. В отчаянии Ярослав, как повествует летопись, готовится бежать в Швецию, но его удерживают новгородцы, настояв на продолжение борьбы за великокняжеский престол. Новгородцы выделяют князю деньги, он нанимает варяжскую дружину и вместе с новгородцами вновь устремляется к Киеву.

Роль Новгорода в общерусском масштабе интересна тем, что Новгород, всегда пытался соперничать и неоднократно оспаривал первенствующую роль Киева. Именно в Новгороде сначала вокняжился легендарный Рюрик. Из Новгорода с дружиной пришел в Киев князь Олег- сделав Киев общерусским политическим центром. Новгород был тогда, отодвинут на второй план, а Киев стал «матерью городов русских». Но вот уже с князя Владимира Святославовича, Новгород стал бороться с киевскими князьями. Без Новгорода, его материальных и людских ресурсов князь Владимир не смог бы добыть киевский престол. Но добыв его, забыл о Новгороде.

И снова Новгород через князя Ярослава пытается навязать свою волю Киеву, еще при жизни князя Владимира. Тогда Ярослав открыто взбунтовался против верховной власти отца и готовился с ним воевать. Лишь смерть князя Владимира в 1015 г. этому помешала. С помощью Новгорода Ярослав добывает для себя главный киевский престол, сохранив при этом тесную личную связь с Новгородом. Но как уже говорилось, его планы порушил польский Болеслав- победитель Ярослава, который уже не хотел отдавать Киев обратно своему зятю- Святополку. Разграбив Киев, польский предводитель ушел в Польшу с богатой добычей, оставив свои гарнизоны в русских городах. Это вызвало острое недовольство у русичей таким поведением «союзника» Святополка. Святополк, опираясь на местное население, уже пошел против своего союзника и родственника. Он смог прогнать польские отряды из целого ряда городов, кроме Червонной Руси, которую Болеслав Храбрый смог закрепить за собой.

Теперь развернулся новый тур междоусобной борьбы Ярослава и Святослава, который уже остался без польской помощи. Весной 1019 г. новое новгородско-варяжское войско во главе с Ярославом на реке Альте столкнулось с ратью Святополка. «И была сеча злая, какой не бывало на Руси. И, за руки хватаясь, рубились и сходились трижды…». Войско Ярослава одержало полную победу. Сам Святополк опять бежал на чужбину (куда-то в Европу), но на этот раз навсегда. По рассказу «Повести временных лет», ненавистный в официальной хронике того времени- князь-братоубийца Святополк Окаянный, на чужбине был жестоко наказан параличом и безумием. В Киеве вновь вокняжился Ярослав, что вовсе не означало полного прекращения междоусобицы.

Сначала война возникла у Ярослава с племянником Брячиславом. В этой войне одержал победу Ярослав. Но он не стал добивать Брячислава. А отдал ему в удел два города- Усвят и Витебск. В 1023 г. против Ярослава открыл фронт войны- его воинственный брат Мстислав Тмутараканский- что владел завоеванной еще Святославом территорией на Таманском полуострове. В решающей битве возле Чернигова (1024) талантливый полководец и воин Мстислав, опираясь на союзников касогов и хазар, разбил войска Ярослава. Но мирный договор, подписанный между братьями, был больше выгоден Ярославу. Он оставался старшим киевским князем. Но Русь была разделена надвое по Днепру между Ярославом и Мстиславом. Левобережье от Днепра со столицей Черниговом отходило к Мстиславу, а правый берег от Днепра с Киевом к Ярославу. Зато только теперь междоусобица прекратилась, и наступил прочный мир.

Вплоть до 1036 г., до смерти Мстислава, оба брата «начаста жити мирно и в братолюбьи, и преста усобица и мятежь, и бысть тишина велика в земли». Но вот что любопытно, князь Ярослав, будучи старшим князем, не остался в Киеве княжить, а управлял своими землями из Новгорода. Новгород на какое-то время стал главным городом Руси. Вероятно, Ярослав осознавал, что в Киеве можно княжить только в том случае, если ты являешься исключительно одним правителем Руси. Ясно, что он просто опасался своего более талантливого «в брани» брата.

Мир между князьями –братьями держался на тесном военном союзе, когда дружины братьев-князей помогали друг другу- боролись против со всеми их противниками. Так Ярослав смог отомстить полякам за свое былое поражение, воспользовавшись смутой в Польше, после смерти Болеслава Храброго в 1031 году. В своем походе Ярослав разграбил польские города, отобрал назад Червонную Русь. И что самое удивительное, пленных поляков Ярослав велел расселить по границе со Степью, чтобы те защищали границы Руси от набегов кочевников.

Собственно уже тогда была заложена традиция, селить на границах со Степью всех иноплеменных военных, кто мог силой оружия защищать беспокойные границы Руси. Чуть позже, там же появляются известные по летописям «черные клобуки»- из тюркизированных вассальных Киеву племен. Из них и перемешанных с ними славянских воинов и родилось впоследствии казачество.

Единоличное правление Ярослава Мудрого

Наступившая смерть Мстислава в 1036 г. прекратила правящий дуумвират князей и привела, наконец, к единоличному княжению Ярослава. Только теперь Ярослав вокняжился в Киеве, как в своей ставке и столице. Но за Новгородом Ярослав оставил право считаться особым привилегированным политическим центром Руси. Здесь был оставлен старший его сын Владимир. В 1036 г. Ярославу в тяжелом сражении под Киевом удалось разгромить и покончить раз и навсегда с печенегами. Последние откочевали далеко от Руси и на границах со Степью воцарился долгожданный мир, который, как, оказалось, был недолгим-до прихода половцев.

Тем не менее единоличное правление Ярослава Мудрого в Киеве и Руси (1036-1054) справедливо считается периодом ее наивысшего взлета и геополитического могущества в Восточной Европе как единой державы. Но было ли это единство закономерным правилом, или удачным стечением обстоятельств? На этот вопрос выдающийся русский историк Василий Ключевский отвечает так: «Единовластие до половины XI века было политическою случайностью, а не политическим порядком». Действительно, если посмотреть на европейские королевства того времени, где были схожие с Русью политические принципы существования раннефеодальных монархий, то и там можно заметить что кратковременное единовластие всегда сопровождалось долговременной раздробленностью и усобицами.

Но разница Руси Ярослава Мудрого в отношении с Западной Европой заключалось в том, что русское общество на несколько веков позже вступило на путь классообразования (не выйдя окончательно из родового строя), и еще во многом сохраняла в себе общинно-вечевые порядки. Да и собственно самого феодализма- в виде частной земельной собственности в древнерусском государстве было тогда совсем мало- доминировала общинная крестьянская поземельная собственность. Демократические вечевые порядки умножались на сложное этноплеменное деление русских земель. Что объективно препятствовало полному объединению Руси.

Важный шаг к консолидации русских земель был сделан еще князем Владимиром - с принятием христианства. Дальше огромное этнокультурное пространство Руси сплачивал и консолидировал в единое государство уже Ярослав- через единые законы для всех. При нем появился первый на Руси свод законов: «Правда Ярослава» пока еще в 17 статьях. Любопытно, что там еще сохранялось право на кровную месть, но уже ограничивалась. Зато полностью она исчезла в расширенном потомками Ярослава- юридическом кодексе «Русской правды».

При Ярославе в Киеве шло интенсивное строительство. И здесь Ярослав пытался даже соперничать с могущественным византийским императором, когда копировал с Константинополя ряд его выдающихся построек. Так в Киеве появились Золотые ворота, храм Святой Софии, как в Константинополе. А также монастыри с тем же названием: монастыри Святого Георгия и Святой Ирины. Киев при Ярославе разросся, и в нем появились целые кварталы, с проживающими в них иностранцами. Западные хроники того времени с восторгом описывали многолюдный Киев, указывая, что в нем 8 рынков и 400 церквей. При Ярославе появляются даже первые светские школы. Растет грамотность на Руси, что выгодно отличает ее от ряда европейских стран.

Давнее соперничество с Византией при Ярославе перерастает в очередную войну. В 1043 г. начинается морской поход русского воинства под командованием старшего сына Владимира. Но морской бой закончился для русов неудачей: византийцы в очередной раз успешно применили «греческий огонь», а шторм потопил и разметал оставшиеся русские ладьи. Сошедшие на берег 6000 русских дружинников во главе с воеводой Вышатой были разбиты и пленены византийцами. Оставшихся в живых пленников ослепили, а затем отпустили домой. Однако и победившая Византия нуждалась в мире, не меньше Руси. Мир был подписан в 1046 г., на почетных и равных условиях: браком сына Ярослава Всеволода с византийской царевной, которую русские летописи называют дочерью правившего тогда императора Константина Мономаха. Все это говорило о возросшем могуществе Киевской державы.

Византийское влияние при Ярославе Мудром стало всеобъемлющим. В Константинополь, русы ездили как в главный тогда политический, экономический и культурный мегаполис. При Ярославе Мудром Киевская церковь окончательно признала юрисдикцию Константинопольского патриархата. Как только был построен киевский храм Святой Софии в 1037-1040 гг., так появился первый митрополит на Руси из Византии- Феопомп, который в Киеве и устроил свою резиденцию.

По словам русского мыслителя XIX века- К.Д. Кавелина, после крещения Русь попала под так называемую «Умственную опеку Византии». Впрочем, умственная и культурно-религиозная опека Руси со стороны более высокоразвитой Византии, не сопровождалось опекой политической. Не случайно, тот же Кавелин считал, что киевские князья, как люди практичные, сносили интеллектуальную опеку византийской цивилизации постольку, поскольку она принесла восточным славянам вместе с христианством византийские законы, греческую культуру, искусство и новую письменность.

Из Константинополя на Русь в первой половине устремились не только священники и монахи, но и иконописцы, архитекторы, книжники. Из Константинополя Киев получил также и навыки гражданского строительства, римскую правовую традицию и законодательство («Корпус Юстиниана»). Именно через Византию, русичи узнали и право частной собственности на землю, и вотчинный иммунитет, и феодальную иерархию, и судебные, уголовные и брачные законы (по Кортунову С.В.).

Но рост и силы и могущества при Ярославе, позволил назначить главой русской церкви не присланного из Константинополя митрополита, а своего известного сочинителя Иллариона. Сам же князь Ярослав назывался, подобно византийским правителям, царем, о чем свидетельствует надпись XI века на стене Софийского собора, над его саркофагом («об успении (смерти - В.Б.) царя нашего». Ярослав масштабно продолжил политику своего отца по международному признанию Руси через династические браки. Сам он в 1019 г. вторично женился на дочери шведского короля Олафа- Ингигерде, ставшей отныне Ириной. К концу его правления, русский дом Ярослава был в родственных отношениях с правителями Швеции, Византии, Польши, Франции, Дании, Венгрии и Норвегии. А имя русского князя Ярослава становится широко известно в Европе и в ряде азиатских стран.

Перед своей смертью Ярослав разделил государство между всеми своими наследниками, типично в духе родового владения. В основе новой системы, определенной Ярославом в его завещании- лежал принцип старейшинства (так называемое «лествичное право»), в соответствии с которым киевский, главный стол, наследовался следующим по старшинству братом умершего князя; при отсутствии братьев стол переходил к представителю следующего поколения -старшему сыну старейшего из братьев предшествующего поколения (если он в свое время княжил в Киеве). Этот принцип «лествицы» (лестницы) в тоже время отличался в худшую сторону (поскольку еще больше приводил к междоусобице) от привычного европейского монархического принципа - передача престола только старшему сыну правящего монарха.

В соответствии с завещанием- «рядом» Ярослава устанавливалось главенство его следующего по старшинству, после умершего сына Владимира (в 1052), Изяслава (1024–1078). Изяслав получал княжение в Киеве (с Новгородом в придачу) и провозглашался верховным правителем Руси («в отца место»). Более младшим сыновьям выделялись меньшие уделы: Святославу - Чернигов, Всеволоду- Переяславль Южный, Вячеславу - Смоленск, Игорю - Владимир Волынский.

Половецкая угроза и Любечский съезд

Изяслав, как показали последующие события, не обладал мудростью и талантом государственного деятеля, полководца подобно отцу и деду. Он фактически управлял государством, опираясь на сильных и авторитетных своих братьев: Святослава и Всеволода (своеобразный триумвират). В 1068 г., новые кочевники половцы (куманы) вдребезги разбили его войско. За отказ вооружить горожан для борьбы с половцами, киевляне взбунтовались и просто изгнали Изяслава из города в Польшу. Братьям Святославу и Всеволоду удалось разгромить половецкое войско и прогнать кочевников. Изяслав же смог вокняжиться в Киеве, только благодаря помощи с прибывшей с ним польской ратью. Но ненадолго. Уже в 1073 г. Святослав и Всеволод изгоняют Изяслава из Киева. В Киеве отныне стал княжить черниговский Святослав (1073-1076). А после его смерти- четвертый сын Ярослава Мудрого- Всеволод (1076- 1093).

Наступившая политическая стабильность продержалась до 1093 г., когда умер старший киевский князь Всеволод, после чего вакантное место киевского престола оставалось под вопросом. Назревала очередная междоусобица. В Киеве вокняжился Святополк Изяславович, которому место без борьбы уступил Владимир Всеволодович Мономах. Пересменкой князей решили воспользоваться кочевники половцы- устроившие новое нашествие. В 1093 г. половцы во главе с ханом Тугорканом разбили поочередно соединенные силы Святополка Изяславича Киевского, Владимира Всеволодовича Мономаха и князя Ростислава (сына старшего из детей Ярослава).

Чтобы избавить Киев от прихода половцев, киевскому Святополку пришлось заключить с кочевниками унизительный мир и взять к себе в жены дочь хана Тугоркана. Что явно говорило об резко возросшем статусе кочевников. С тех пор, постепенно шаг за шагом русские князья (после Владимира Мономаха и Мстислава Великого) снижают династическую планку в своем брачном предпочтении: с византийских и европейских царевен и королевен, до дочерей кочевых ханов.

В тоже время половецкая опасность заставила князей попытаться создать антиполовецкую коалицию князей. Другой целью утвердить более четко прописанную договоренность о престолонаследии. К этому вынуждало князей новый виток междоусобицы. Вот почему, в 1097 г., по инициативе наиболее дальновидного Владимира Всеволодовича Мономаха (внука Ярослава Мудрого и византийского императора Константина IX) собирается Любечский съезд всех князей Рюриковичей. На этом съезде князья, сумели договориться (благодаря предложенному всем князьям компромиссному варианту Владимира Мономаха) о признание прав каждого из князей, принадлежавших к роду Рюриковичей, на свою вотчину- «каждый да держит вотчину свою». И торжественно договорились, о том, поклявшись на кресте, что если кто - то посягнет на чужую землю, то на него ополчатся прочие князья.

На Любечском съезде удалось договориться о совместных действиях по защите русской земли от набегов кочевников. И хотя Любечский съезд не предотвратил произвольные захваты чужой территории и междукняжеские войны, тем не менее, он провозглашал новый принцип деления земель, когда князья наследовали территории, принадлежавшие только их отцам. Это означало формирование нового политического строя на Руси. Строя, при котором фактически признавались самостоятельными от Киева княжества с их наследственными князьями. Как это давно практиковалось в Европе. По факту решения съезда на целые века ставили крест на создание централизованного государства, впрочем, невозможного тогда.

Война с половцами в начале XII века

Тюркоязычные кочевники половцы, которые называли себя «сары- кипчаками» (то есть желтыми кипчаками), кочевали в составе отдельных орд под властью своих ханов и так не смогли объединиться в единую кочевую орду. Но для русских князей, которые даже и после Любечского съезда так и не смогли прекратить междоусобиц, это было слабым утешением. Заняв место печенегов, половцы стали для русских вплоть до монголов главным Чужим и врагом номер №1- все время атакующим кочевым соседом.

Однако при этом и русские князья, и половецкие ханы умели договариваться и даже родниться между собой. Известно, что князья Изяслав Ярославич в 1094 г., а затем и Юрий Долгорукий в 1108 г. женились на половчанках. Хуже того, русские князья стали активно использовать половецкую конницу в своих междоусобных войнах. Но мир между русскими и половцами долго продолжать не мог. Последние по определению не могли соблюдать длительное перемирие, когда они остро нуждались в предметах роскоши, военного дела и ремесла, причем все это желательно получить «даром».

Все усиливающийся натиск половцев заставил князей прислушаться к голосу самого активного сторонника и инициатора наступательной стратегии войны против половцев- Владимира Мономаха. В 1103 г. состоялся первый общерусский поход в Степь, который сразу принес русским князьям успех. По сообщениям летописи в бою с русскими князьями погибло много ханов и царевичей. Хана Белдуза взяли в плен. Но по настоянию князя Мономаха вместо получения выкупа за него, хана просто зарубили в назидание другим. Половцы в ответ совершили ответный поход на приграничные русские княжества.

Затем последовал короткий мир- обмен заложниками и вновь война между земледельцами и кочевниками. В 1107 г. на реке Сула, половецкое войско хана Боняка и его союзника Шарукана было разбито объединенной русской ратью. Новые походы русских (1109, 1110 и особенно 1111 гг.) стали для половцев катастрофичными. Поход 1111 г. против половцев оказался самым грандиозным, который достиг сердцевины половецких кочевий вблизи Дона. Это было время, когда в самом разгаре шла крестовая война между западноевропейскими королевствами и мусульманскими ближневосточными правителями. Сведения о крестовых походах на Руси были широко известны. Вдохновленные примером западных рыцарей русские князья во главе с Владимиром Мономахом шли в поход против «поганых» вместе со священниками и хоругвями.

Решающая битва произошла в конце марта 1111 г. на реке Салнице, притоке Дона. Половцы были наголову разбиты и преследуемы русскими. Причем русские старались в плен не брать кочевников. Их просто уничтожали. Небольшая часть половцев, с ханом Шаруканом спасаясь, растворились в степи. Весть о русском «крестовом походе» стала широко известной, как в Византии, так и в странах Западной Европы и в самом Риме. Последствия русского похода для половцев были тяжелыми. Они смогли только раз в 1113 г. прийти к границам Руси. Но в это время на киевском троне воцарился князья Владимир Мономах- непримиримый противник половцев. Он продолжил антиполовецкие походы.

В 1116 г. сын Владимира Мономаха Ярополк Владимирович с киевскими и черниговскими полками вновь вторгся в половецкие кочевья и нанес им большой урон. После этого события часть половцев с ханом Атраком ушли в Грузию, и поступили на службу к грузинскому царю Давиду IV «Строителю». Когда в конце своего правления Владимир Мономах организовал еще один поход против половцев, то те безоглядно бежали, не вступая в сражение. Даже за Доном русские их нигде не могли тогда. Деморализованные половцы долго не могли оправиться от таких ударов, на целые десятилетия, забыли о набегах на Русь. (Ипатьевская летопись). Зато победоносные походы против половцев и победы над ними подняли авторитет великого князя Владимира Мономаха на небывалую высоту.

Владимир Мономах и Мстислав Великий- золотая осень Киевской Руси

Великий князь Владимир Мономах, безусловно, был самым выдающимся и талантливым князем Древней Руси, даже в сравнении с первыми ее князьями. Но так получилось, что жизнь его и его правление пришлось на то время, когда централизации страны угрожали намного более сильные центробежные тенденции, чем были во времена Владимира I Крестителя. И тем не менее Владимиру Мономаху удалось почти невероятное в тех объективных условиях феодальной и удельной раздробленности- сплотить на время расползающуюся державу в единое государство, укрепить обороноспособность и поднять международный авторитет Руси. Причем сделал это он, будучи в преклонном возрасте.

К киевскому престолу князь Владимир Мономах (прозвище с греческого «Единоборец»), правивший в Переяславле шел крайне неторопливо, строго соблюдая принцип законности лествичного права (родового старшинства), даже в условиях, когда многие князья его нарушали, что и приводило к бесчисленным войнам. Здесь проявилось не только его стремление к соблюдению законности, но и политическая мудрость, осознание того, что за поспешным шагом к киевскому престолу быть тяжелой войне. И это несмотря на то, что Владимир Мономах уже с конца 90-х годов XI века считался самым авторитетным русским князем.

Ждать пришлось долго. И только в 1113 году, когда в Киеве неожиданно поднялось восстание горожан против крайне непопулярной социально-экономической политики князя Святополка II и связанных с ним ростовщиков- евреев, у Владимира Мономаха появился шанс. Причем на сей раз, сами киевляне его пригласили на княжение. Так, через народное волеизъявление заветный великокняжеский киевский престол, наконец, достался князю из рода Рюриковичей и самому старшему и самому способному.

С 1113 по 1125 год- длилось правление Владимира Мономаха, при котором Русь вновь была централизована. Причем сделано это было Владимиром Мономахом с помощью традиционной семейной политики: одних он сыновей и внуков выгодно переженил с другими княжескими семьями, а других просто посадил в города, невзирая на сопротивление других князей. В результате, к 1125 г. около трех четвертей всех волостей Руси значилось за Владимиром Мономахом и его сыновьями (Володихин Дмитрий).

Владимир Мономах, будучи выдающимся государственником, много уделял внимания упорядочиванию системы государственного управления и правосудия. В частности, он дал Руси новую более совершенную «Русскую Правду», названную «Уставом Владимира Всеволодовича». Ее основными положениями стали руководствоваться на всей территории Руси, как судьи княжеских судов, так и церковные суды. Важное место в его деятельности занимали строительство новых сооружений, а также культура, включая и написание новых летописей. Именно Владимир велел свести все ранние летописи в единую «Повесть временных лет».

К концу своей жизни Мономах создал свое знаменитое «Поучение детям», в котором он поведал не только о своей насыщенной драматическими событиями жизни, но и поделился размышлениями о смысле жизни, дал практические советы своим детям по управлению людьми и хозяйством. В своих государственных делах он руководствовался правилами, которым он завещал и своим потомкам: «Что надлежало делать слуге моему, то сам делал — на войне и на охотах, ночью и днем, в жару и стужу, не давая себе покоя. На посадников не полагаясь, ни на приказчиков, сам делал, что было надо; весь распорядок и в доме у себя также сам устанавливал…За церковным порядком и службой сам присматривал». Из «Поучения» мы узнаем обо всех его походах: «Всех моих походов было 83 больших, а прочих меньших и не вспомню. Девятнадцать раз заключал я мир с половцами при отце и после смерти его. Более ста вождей их выпустил из оков (из плена). Избито их в разное время около двухсот».

Неудивительно, что историк Николай Костомаров называл Владимира Мономаха, князем самым деятельным, выделявшимся «здравым умом посреди своей братии князей русских». А Василий Ключевский его называет «самым умным и добрым из Ярославичей». Любопытно, что в русских былинах образ Владимира Мономаха как главного защитника и оберегателя земли Русской слился в один с положительно-каноническим образом Владимира I, крестителя Руси. Само появление знаменитой легенды об идеальном правителе Руси Владимире «Красном солнышке», как раз и обусловлено слиянием и усилением образов «двух Владимиров» воедино.

Краткий период правления Владимира Мономаха (1111-1125) и его сына Мстислава Великого (1125-1132) по праву можно назвать последним «золотыми периодом» уже увядающей и клонящейся к своему закату Киевской Руси. Все противники Руси, как на западе, так и на востоке не смели даже беспокоить Русь в это время. При Владимире Мономахе авторитет Руси на международной арене достиг своего максимума, а международные связи с европейскими королевскими домами были столь обширны, что как заметил французский историк Леруа-Болье, никогда- до XVIII в.- Россия не была такой европейской, как в ту эпоху Киевской Руси.

Централизаторскую политику Владимира Мономаха затем еще семь лет успешно продолжает его сын Мстислав, названный «Великим» за это. Хотя очевидно сам Мстислав не был таким выдающимся как его отец, но, будучи достаточно волевым и способным, он, однако смог удержать все то, что так упорно выстраивал его знаменитый предшественник. Мстислав успешно продолжил политику своего отца по безопасности южных границ Руси и ее обороноспособности. По словам летописца, Мстислав «много пота утер за землю Русскую».

О сложной системе власти Руси

Властная конструкция древнерусского государства в означенный период имела сложный и далеко неупорядоченный характер, что объяснялось, с одной стороны, поздним цивилизационным стартом Руси по сравнению с Западной Европой, имевшей до этого «длинную» античную историю, а с другой, скачкообразный характер развития Руси, благодаря широкомасштабной экспансии первых князей Рюриковичей, создавших большую державу из различных восточнославянских, балтских и угро-финских племен. Подробнее в моей статье на сайте: («К вопросу о цивилизационной первобытности Руси» http://historick.ru/view_post.php?id=9&cat=7).

Если во времена Владимира и даже Ярослава Мудрого Русь выступала в качестве относительно централизованного протогосударства (в силу его «недостаточности»), то затем, древнерусская государственность по выражению современного историка, «существовало в форме совокупности династически единых и политически тесно взаимодействующих, но самостоятельных земель-княжений» (Мельникова Е.А.). Однако князьями и их дружиной властная система Руси далеко не ограничивалась.

В отличие от королевств Западной Европы, которые унаследовали от античной эпохи различные формы частновладельческого хозяйства, плавно перешедшие в феодализм с его иерархичным сословно-феодальным обществом, Русь в XI- в начале XII вв., находилась в еще переходном состоянии: («дофеодальном» по характеристике Неусыхина А.И.) от родового строя к классовому феодальному государству. На Руси даже в этот период сохранялись такие институты общинной демократии: вече, общинное землевладение и народное ополчение, что в свою очередь, создавало препятствия для более быстрого перехода к феодальному способу производства - в отличие от той же Западной Европы. Более того, с городским вечем (при общинном ополчении) князья везде (не только в Новгороде) заключали договор («ряд»). А в случае нарушения договора-«ряда» князей даже изгоняли и приглашали других. Как это было в Киеве в 1068 и 1113 гг.

Собственно сложившегося феодального класса землевладельцев на Руси в этот период было крайне мало, как собственно и самого частного феодального землевладения. Оно значительно уступало княжескому и крестьянско-общинному землевладению. Как образно указывает известный отечественный историк Игорь Фроянов, феодальные частные хозяйства (вотчины) были лишь островками в море свободного общинного землевладения платившего различные подати князьям.

При этом уже первые киевские князья считали Русь, по существу своей отчиной (далеко еще не полной как мы увидим далее), коллективной собственностью, которой они овладели либо по приглашению племенных городских вече, либо по факту завоеванию. Все отечественные историки, начиная с дореволюционных подчеркивают, что право управлять Русской землей считалось не столько прерогативой отдельного князя (пусть даже весьма могущественного и авторитетного), сколько всего рода Рюрика. Каждому из членов рода было дано право на свою долю в наследстве и на «стол» в отдельном княжестве (земле), городе, которые распределялись среди князей в соответствии с местом каждого из них на генеалогическом древе рода Рюрика, -лествичная система. Поэтому, чем выше было генеалогическое положение того или иного князя, тем более важный и прибыльный стол он мог требовать и получить. Впрочем, далеко не всегда.

Обычно полноценную государственность связывают с наличием ее столицы. А был ли Киев - как «Матерь городов русских» столицей той Руси, как это было с Москвой во времена Ивана Грозного? Нет, не был. Скорее всего, Киев со времен князя Олега стал городом, который прочно связывался с местом постоянного пребывания великого князя- старейшего на генеалогическом древе рода Рюрика. Затем этот город еще стал и главным религиозным центром Руси. По словам украинского историка К. Галушко, «Киев был полем для военной игры в «высшей лиге» старших князей, которые опирались на свои ресурсы в регионах». Таковым Киев для большинства русских князей оставался вплоть до второй половины XII века. Затем его роль как главного политического центра стала падать и свелась лишь к важнейшей символической и религиозной роли Руси.

Верховная власть князей Рюриковичей была многоступенчатой (из-за сложной системы лествичного старшинства), и не была единоличной, самодержавной. Все члены рода Рюрика считали себя прирожденными владетельными князьями и «братьями» между собой. И хотя, как свидетельствуют летописи, великого князя киевского называли обычно «отцом», то это было скорее почетное прозвище, не подкрепляемое правовым и реальным содержанием. По мнению Ключевского, власть главного киевского князя, вытекая из генеалогического факта, а не из постоянно действующего договора, не была точно юридически определенна и прочно обеспечена, не имела достаточных экономических и военных средств для реализации своих предписаний, поэтому постепенно превратилась в почетное звание с очень условными прерогативами. Чего мы наблюдаем на рубеже XI-XII вв.

Да и в междукняжеских отношениях каждый князь внутри своего удела держал себя как независимый государь, правитель, но часто до тех пор, пока его власть признавало подвластное население или другие князья. Часто легитимность русского князя на подвластной территории после смерти Ярослава Мудрого определял результат победы в междоусобной войне. И тогда «правым» считался победитель. Хотя именно для упорядочивания междукняжеских споров и был сформирован такой не постоянный институт, как княжеский съезд.

Княжеские съезды в конце XI- XII вв. собирались либо по призыву великого киевского князя, либо просто авторитетного (как в случае с Владимиром Мономахом) - для обсуждения важнейших политических (вопросы обороны, к примеру) и династических вопросов. Но эти Съезды собирались редко, они никогда не объединяли, по разным причинам, всех князей Русской земли, а решения, принимаемые на них, не носили общеобязательного характера. Характерно, что самый известный Любечский съезд 1097 г. не предотвратил произвольные захваты чужой территории и междукняжеские войны.

Эта власть имела довольно условное, ограниченное значение, так как князья были не полновластными государями соответствующей земли (княжества), а лишь военно-полицейскими и судебными правителями, опиравшимися в политической деятельности на дружину. Последняя составляла по разным подсчетам: от 200-400 до 700- 800 человек. Дружина делилась на младшую («гриди» или молодь) и старшую (высшую) которая называлась княжими мужами или боярами. Дружина княжества составляла, собственно, военный класс, который был неразделен с князем и жила при княжеском дворе. Солидарность князя и дружины проявлялась «в доле и недоле». (Игнатов В.Г.).

В отличие от Западной Европы, личная преданность русских дружинников не закреплялась временными земельными владениями (ленами в Европе, в Московской Руси - поместьями). По словам известного специалиста Древней Руси Игоря Данилевского, «древнерусский дружинник не получал за свою службу (и на ее время) земельного надела, который мог бы обеспечить его всем необходимым». Преимущественно дружина содержалась самим князем (за счет княжеских раздач при дворе) или «кормлений». Это когда князья посылали своих старших дружинников- бояр в города и волости в качестве наместников и волостелей, мелких служилых людей (тиунов) – для исполнения судебных функций. И тех и других местное население было обязано содержать за свой счет. Кормления были в виде даров и подношений (как натуральных, так и денежных) со стороны им управляемого населения.

Власть самого князя- как монархического принципа управления в государстве во многом уравновешивалась и дополнялась властью старших дружинников- «бояр», из которых со временем формировался высший феодальный слой землевладельцев, владеющих вотчинами. Так на Руси в этот период формировался аристократический элемент, представленный таким органом как «боярский совет» или просто «бояре». «Боярский совет» был весьма существенным дополнением княжеской власти, так как ни одно сколько-нибудь важное решение не могло быть принято князем либо исполнено им без соответствующего согласования с боярами. Бояре также принимали активнейшее участие в законотворчестве и кодификации законов.

Следует отметить, что во вступлении к «Правде» сыновей Ярослава упоминаются наряду с именами князей и имена ведущих бояр. Боярское одобрение требовалось также и для заключения международных договоров. Постепенно складывалась традиция, что мы встречаем в летописях - называть совет бояр – «боярской думой». Хотя боярский совет- (в недалеком будущем Боярская дума) стал в то время уже постоянным институтом, но функции и компетенция его определялись в большей мере обычаем, нежели законом. При этом, княжеско-дружинное (боярское) управление тогда уже получило общественное признание и превратилось в важнейший институт, обеспечивающий социально-политическую жизнедеятельность древнерусского общества.

Кроме боярского совета, князья делили свою власть везде с вече- институтом первобытной общинной демократии. Хорошо известно, что вече было в каждом городе и крупном населенном пункте: и до прихода Рюриковичей и после. Изначально вече (в каждом славянском племени, городе) являлось высшим законодательным органом, в котором господствующее положение занимала городская верхушка – «старцы градские». По словам историка Юшкова С.В., «Веча были массовыми собраниями руководящих элементов города и земли по наиболее важным вопросам». Но с объединением восточных славян Рюриковичами, вече, будучи органом местной власти, стало «разбавляться» новыми пришлыми и значимыми участниками- самими князьями и их дружинниками. По мнению Игоря Фроянова весь период Киевской Руси непременными участниками вече были все высшие лица: князья, церковные иерархи, бояре, богатые купцы. Однако пришлый княжеско-дружинный элемент не устранял постоянный местный.

По поводу вече (как института доклассового первобытнообщинного строя) и его компетенции, историки так и не пришли к общему мнению. И если петербургский историк Игорь Фроянов настаивает на том, что вече во весь домонгольский период было высшим правящим органом во всех русских землях, а не только в Новгородской республике, то большинство других историков так не считает. На наш взгляд, ближе к истине точка зрения историков Тихомирова М.Н. и Толочко П.П., которые считают, что в XI - XII вв. во всех княжествах Киевской Руси (за исключением Новгорода) наблюдалось своеобразное двоевластие княжеской и вечевой властей. По факту в домонгольский период форма правления на Руси не была монархической, но и не полностью республиканской. Республиканской она была лишь в Новгороде.

От себя добавим, что это двоевластие было всегда неустойчивым, иногда вече решительно брало вверх и неоднократно изгоняло даже самых верховных князей Рюриковичей, как из Киева, а также и других русских городов. Что говорит о силе этого архаичного института власти. Однако весь домонгольский период, постепенно, шаг за шагом, круг властных полномочий вече неизбежно сокращался в пользу князя и его бояр (особенно в Северо-Восточной Руси), и у веча остались только функции контроля, за управлением, выборы и смещение представителей администрации. И лишь в редких случаях, вопросы войны и мира и т.д.

При этом подчеркнем, весь княжеский род Рюрика считались носителями не только совместной династической власти, но и всей земли Русской. Именно через верховную власть Рюриковичей сохранялось единство Руси- как ее понимали тогда. Но их власть считалась законной, и они были вправе законодательствовать только в том случае, если они справедливо и эффективно обороняли всю территорию Руси и поддерживали в ней существующий порядок. Но если, они, по мнению того же вече правили «несправедливо» (как в 1113 г.) и не справлялись с обороной страны (как в 1068), то их власть признавалась «незаконной» и их изгоняли.

В изучаемый период Русь пережила два центростремительных взлета: сначала в правлении Ярослава Мудрого, а затем в правлении Владимира Мономаха и Мстислава Великого. После чего Русь окончательно превратилась в конгломерат независимых княжеств и феодальных республик. Для условно называемого государства «Киевская Русь», было характерно: переходность от доклассового общества, с вечевыми институтами власти и народным ополчением- к классовому, раннефеодальному; неизжитый дуализм княжеско- вечевой власти, с постепенным сокращением власти вече в пользу князей (кроме Новгорода); господство родового, а не монархического принципа наследования «столов»; слабая связь между составными частями страны - господство натурального хозяйства; отсутствие централизованного налогообложения и унифицированного административного аппарата управления.

Автор: Вячеслав Бакланов     Дата: 2018-03-13     Просмотров: 1777    

Можно также почитать из рубрики: Древнерусская История

Автор: Илья
Дата: 2018-03-14

Киевская Русь была самым большим европейским государством. Причем более мощным и процветающим, в отличие от всяких там Франций. Но французы, немцы не граничили с кочевниками. Отсюда все беды Руси.

Автор: Сан Саныч
Дата: 2018-03-15

Владимир Мономах был самым крутым князем Киевской Руси. Вот кто бы мог справться с монголами доживи он бы до них.

Автор: Владимир Кузин
Дата: 2018-03-16

Не согласен. Самыми лучшим князем и полководцем был Святослав.Он бы зделал намного больше бы чем Ярослав и Владимир Мономах. Но его убили еще совсем молодым.

Автор: Cthutq Djhjyjd
Дата: 2018-03-16

В последней части статьи дан хороший анализ.

Автор: Yuriy
Дата: 2018-03-20

Киевскую Русь возродим, но без москалей!

Поделись с друзьями:

Добавить комментарии:

сумма


; Наверх