О феодализме и «феодализмах» в Европе.

Автор: Вячеслав Бакланов

Япония в средневековье.

В делах повседневных помнить о смерти и хранить это слово в сердце
Ямамото Цунэтомо,
(японский самурай )


Цивилизационно-культурный феномен островной Японии

Особое влияние на формирование удивительной японской истории и культуры оказало именно островное положение Японии, отделенной от всей Азии. Это в свою очередь наложило неповторимый отпечаток на менталитет японцев, поскольку, по словам французского исследователя Л. Фредерика, «в сознании японца живет устойчивое представление о себе как об «островитянине», оторванном от других народов Земли. Буквально отрезанное от азиатского материка, не испытывая угрозы вражеских завоеваний и больших культурных заимствований, японское общество, отличавшееся своей однородностью, и развивалось в целом кумулятивно, без структурных сбоев и перепадов.

Японское государство-общество сложилось довольно поздно, приблизительно в III – VI вв. н. э. Именно на этот период приходится становление протояпонского государства, получившего название Ямато. Уже тогда верховный императорский дом делил свою власть над страной с могущественными кланами знати. Таким образом, начало процесса оформления первой государственности Японии было связано сформированием двоевластия: императорской власти и родовой знати (Елисеефф В.). Согласно японской системе верований синтоизму, японская нация ведет свое начало от богини солнца Аматарасу, прямым потомком которой был легендарный император Японии Дзимму (Дзимму-Тенно), взошедший на престол государства Ямато в 660 г. до н.э. и положивший начало непрерывной династии японских императоров. Поэтому в Японии принято подразделять историю страны на эры правления того или иного императора (Елисеефф В.). Личность императора и сама идея императорской власти всегда выступали важнейшим цементирующим фактором национального самосознания японцев, поскольку он является настоящим главой нации-семьи японцев.

Интересна сама по себе и древняя японская религия синтоизм, которая во многом напоминает древнюю мифологию. Практически цель и смысл синтоизма состоит в утверждении божественного происхождения японского народа: согласно синто, считается, что микадо (император) – потомок духов неба, а каждый японец – потомок духов второго разряда – ками. Ками для японцев означает божество их предков, героев, духов. Весь мир и природа, по убеждениям японцев, населена множеством ками. И японцы верят в то, что после смерти они превратятся и станут одними из великого множества ками. В синтоизме нет специальных заповедей про мораль и нравственность. Японцам следует поступать лишь согласно законам природы, в которых нет предписаний о добре и зле. Значит, следует поступать естественно, инстинктивно и только придерживаясь естественного порядка вещей: «Поступай согласно законам природы, щадя при этом законы общественные». (История Древнего мира. Древний Восток. Индия, Китай, страны Юго-Восточной Азии. 1998).

Япония на протяжении почти всего средневекового периода оставалась периферией цивилизованного мира и, соответственно, не могла претендовать на роль культурного, политического и военного центра Дальнего Востока. Существует точка зрения, что Япония отпочковалась от китайской цивилизации в период между 100–400 годами и, по мнению ряда японских политологов, японская культура представляет собой крайнюю, «островную» форму культуры Китая. Поэтому ее порой называют еще дочерью древней китайской цивилизации (Чугров С.В.).

На протяжении средневековья Япония выступала как культурный реципиент китайской цивилизации, заимствуя у последней иероглифическую письменность, религию (буддизм), конфуцианское учение, науку, формы искусства, обычаи, ритуалы и церемонии – от чаепития до единоборств, и главное, систему государственного администрирования. Надо сказать, что японцы, в отличие от китайцев, не то чтобы чурались воспринимать чужой опыт, а делали это с настоящим искусством, органически включая его в систему своих ценностей. С китайской модели японцы перенимали все элементы императорской власти, ее политическую культуру, разветвленную систему бюрократического аппарата (Новая история стран Азии и Африки…– Ч. 1.). Поэтому долгое время китайцы смотрели на Японию как на свою культурную периферию. Однако затем японская «периферия» не только творчески переработала китайский культурный опыт, но впоследствии спустя много веков сама стала себя считать «господином» по отношении к материковому Китаю.

Внутренняя структура раннеяпонского государства была типичной: во главе стоял вождь-правитель (впоследствии император), его окружала родовая знать, занимавшая высшие административные посты. Страна уже тогда делилась на области и округа во главе с родовитой знатью. Основную массу населения составляли платившие ренту-налог в казну крестьяне. Кроме них были рабы и неполноправные, в основном выходцы с материка – китайцы, корейцы и т.д. Эти категории людей находились в собственности государства или знати.

В середине VII в. в Японии была проведена государственная реформа «Тайка», в ходе которой протогосударство Ямато превратилось в цивилизованное по китайскому образцу государство: были созданы первые законодательные своды, системы государственной собственности на землю, установлены нормы наделов землепользования (Моисеева Л.А.). Именно тогда правитель страны принял божественный титул тэнно («сын Неба»). Реформы Тайка, дополненные в 701 г. специальным кодексом Тайхоре, заложили основы японской социальной и политической структуры. Они же создали фундамент для расцвета японской культуры периода Нара (VIII в.), когда по образцу китайской столицы Чанани была богато отстроена столица Японии Нара. Древняя религия японцев синто («путь богов»), в значительной мере обогащенная китайским даосизмом и буддизмом, дала сильный толчок для развития ранней японской культуры и искусства (Васильев Л.С.).

В то же время система японской государственной власти, несмотря на ее копирование с Китая, оказалось не совсем прочной. Божественный император, по китайскому образцу провозгласивший себя Сыном Неба – Тэнно, больше царствовал, нежели реально правил страной. Это объяснялось тем, что, в отличие от Китая, здесь верховная власть и земельная собственность во многом оказались разделенными. Львиная доля земельного фонда оказалась в руках наследственной знати, владевшей земельными участками полуфеодального типа, которые при этом были весьма самостоятельны.

Да и типичного азиатского деспотизма верховной власти в Японии не наблюдалось. Все эти признаки отличали японскую модель государства-общества от классического восточного типа и сближали ее западноевропейским аналогом. Но правильнее было бы, на наш взгляд, отнести японскую модель к промежуточному типу, имеющему признаки и восточной структуры, и классической западноевропейской феодальной системы. Сама промежуточность японской модели указывала на возможность как одного из двух путей развития государства-общества (восточного или западного), так и возможность третьего комбинированного варианта. Во многом это зависело от последующего исторического процесса.

Ставка императора в городе Нара оказалась больше символическим центром, фактическим административным центром страны стал город Хэйян (Киото), где управлял влиятельный дом Фудзивара. В IX – XI вв. влияние дома Фудзивара усилилось настолько, что японские императоры превратились почти в марионеток в их руках. Это было серьезным отличием японской государственной модели от китайской.

Вторым характерным отличием было то, что здесь не сложилось конфуцианской элиты чиновников-администраторов с их конкурсными экзаменами и последующим рекрутированием во властную верхушку. Поэтому чаще всего роль чиновников и управляющих отдельными территориями страны выполняла наследственная знать, которая все больше и больше становились самостоятельной от центра (Васильев Л.С.). Третьим отличием от Китая стало то, что японские чиновники, занимавшие крупные должности, превращались в полноправных владельцев частновладельческих поместий (дайме).

В Японии процесс приватизации земельных владений и территориального управления получал все большее развитие. Последние признаки явственно указывали на характер формирующейся в стране феодальной системы с ее децентрализованным распределением ресурсов. Все это говорило о том, что японская модель развития государства-общества больше напоминала западноевропейскую, чем китайскую. Так, еще в XI в. японские дайме получили право осуществлять суд и административную власть в своих владениях, а их земли были освобождены от государственного налогообложения.

Другим признаком явилось стремление японской знати прикрепить крестьян к земле. В целях борьбы с восставшими крестьянами и их попытками ухода от своих хозяев крупные владельцы земель стали создавать отряды профессиональных воинов-дружинников. С течением времени боевики-дружинники превращались в замкнутое сословие (аналог западноевропейских рыцарей) воинов-самураев (буси). Впоследствии возник и стал свято соблюдаться кодекс военной этики самураев (бусидо), включавший в себя идею верности господину вплоть до безусловной готовности отдать за него жизнь или в случае любой неудачи или бесчестья покончить с собой (совершить сэппуку или харакири).

Причем культ самоубийства практиковался во имя чести и долга (не только мальчики в школах, но и девочки из самурайских семей специально обучались этому «искусству смерти»: мальчики – делать харакири, девочки – закалываться кинжалом). Философия фатализма в сочетании с фанатичной преданностью патрону и уверенностью, что имя доблестно павшего будет почитаться в веках – все это вместе взятое, вошедшее в понятие бусидо, оказало огромное влияние на японский национальный характер (Васильев Л.С.).

Японские самураи

Во второй половине XII в. власть дома Фудзивара стала слабеть на фоне поднимающегося клана Минамото. В конце концов дом Минамото, опираясь на войско самураев, установил свою фактическую власть над страной. В 1192 г. Минамото Еритомо был объявлен верховным военным правителем страны с титулом сегун. Ставкой сегуна и правительства (бакуфу) стал город Камакура. Император при этом остается своего рода верховным жрецом синтоизма. Этот период истории Японии, названный периодом Камакуры (1185–1333), характеризуется тем, что самурайское сословие Японии становится господствующей социальной силой страны.

Подлинной религией самураев становится дзен-буддизм, который получает широкое распространение по всей стране. Это было неслучайно, поскольку воинов в учении дзэн-буддизма привлекала отчужденное отношение к смерти. Дзэнский мастер Иэкива призывал своих учеников: «Если вы действительно желаете познать дзэн, необходимо однажды проститься с жизнью и прыгнуть с головой в яму к смерти». Ему вторил другой мастер Кэнсин: «Тот, кто цепляется за жизнь, умирает, а тот, кто пренебрегает смертью- живет» (по. Михайлову Н.Н.). Вот так дзэн взрастил у японских самураев философию смерти, которая и сделала их самыми бесстрашными воинами Востока.

Со временем самураев стали переводить на положение воинов-рыцарей, живущих при дворе хозяина и получающих за это дома, снаряжение, натуральный паек со стороны государства или своего господина. Феодальные отношения развиваются все шире и шире. Так, все больше земли с крестьянами концентрируется в руках крупных феодалов (дайме), у которых на службе находились самураи. Крупные князья (дайме) подчиняют своей власти целые города с торговлей и ремеслом, корпорациями торговцев и ремесленников. Впоследствии именно возвышение князей, усиление их силы и самостоятельности и привело к падению сегунов из дома Минамото.

В период правления сегуната Минамото Япония подвергается нашествию монголов из Китая. Дважды флот хана Хубилая (в 1274 и 1281) вторгался на японские острова. И буквально дважды (удивительный случай) сначала шторм, а затем страшный ураган (божественный ветер-камикадзе) разметал вражеские суда (считается, что монголы потеряли до 75 % своих воинов), а остальным высадившимся монголам оказали яростное сопротивление и дали достойный отпор японские самураи. После последнего отражения врага в 1281 г. сам японский император возносил в храмах множество молитв «Царю неба» за столь явное покровительство и милость. А празднества и угощения для всех японцев длились несколько дней подряд. Отважные самураи, спасшие Японию от вторжения страшного врага отныне стали восприниматься как национальное достояние.

Период Муромати

Период японской истории – период Муромати (1392–1573) прошел под знаком господства сегуната Асикага, а закончилась свержением 15-го сегуна Асикага Есиаки, совершенным Ода Нобунага в 1573 году. Этот период оказался самым беспокойным в истории Японии. Поскольку именно в этот период децентрализация страны и междоусобные войны постоянно нарастают и достигают своего пика во второй половине XV века. Власть сегунов становится чисто номинальной, а страна на рубеже XV – XVI вв. фактически распалась на несколько частей враждующих между собой. Вдобавок страну сотрясали крестьянские восстания. По всей стране бродили разорившиеся самураи или странствующие рыцари, самураи-ронины (не имевшие господина), нередко промышлявшие откровенным разбоем вместе с городской беднотой.

Начало XVI века стало пиком децентрализации, сопровождавшееся чередой кровавых феодально-междоусобных войн. В это время образуются крупные феодальные княжества, иногда объединявших несколько провинций. Владельцами почти всех земель стали представители верхушки военного сословия - князья дайме (дословно «большое имя») (Поздняков И.Г.). У каждого дайме был хорошо укрепленный замок на манер западноевропейского, где проживала многочисленная челядь, собственная военная дружина, многочисленные работники. В своих родовых владениях они были почти полновластными хозяевами и могли издавать собственные «удельные» законы для подвластного населения княжеств.

В ожесточенной борьбе друг с другом каждый из князей стремился увеличить владения, не подчиняясь при этом центральной власти. Однако в своих владениях они были рачительными хозяевами: увеличивали производство риса на продажу, развивали ремесла и торговлю, строили корабли. И при этом нередко совершали торгово-пиратские экспедиции в отношении соседних Китая и Кореи.

Быстро развивались города и городская торговля. Еще в конце XV века в таких крупных городах, как Сакаи, Хирадо, Хаката, Ямагути, возникли купеческие гильдии, занимавшиеся оптовой торговлей и имевшие не только свои отделения по всей стране, но и фактории в Китае, Корее, на островах Рюкю и даже на острове Ява. Интересно отметить, что также как и в Европе в XII веке, ряд японских городов в первой половине XVI века откупались от власти крупных японских феодалов, на землях которого они располагались, и становились полувольными городами с самоуправлением и даже с собственной армией (Хани Горо). Как отмечали еще советские историки быстрый рост городов, развитие товарно-денежных отношений в Японии XVI века, означал не разложение, а подъем феодализма и обусловливались усиленным притоком феодальной ренты (Поздняков И.Г.). Можно сказать, что в Японии в то время был относительный расцвет феодализма, правда он имел более ограниченные рамки и по времени был короче по сравнению с западноевропейским феодализмом.

В целом японское государство-общество по ряду признаков в это время больше напоминало феодальную Европу XII – XIII вв., чем деспотичный Восток. Здесь, как и в Европе, не сложилось всесильного и централизованного государства, а частные феодальные владения были практически независимы от центральной власти. Правда, развитие японского общества в этот период, хотя и имело ряд общих признаков с европейскими странами, заметно отставало от них. Уже на рубеже XV – XVI вв. в Европе складываются централизованные государства, а в Японии в это время – пик феодальной раздробленности. Конечно, имеются между ними и ряд принципиальных различий: в Европе города в этот период независимы от власти не только феодальных владык, но и сохраняют свою автономию и по отношению к государству. В Японии в это время только несколько городов имели небольшую автономию от власти феодальных владык и самого государства.

В отличие от традиции вассалитета феодалов в Европе, японский вассалитет был более строг, и это был не столько свободный договор, сколько подчинение. С точки зрения М. Блока, японский монарх-император, в отличие от европейских королей, находился вне феодальной системы, так как ему присягу верности (оммаж – в средневековой Европе) не приносили; «он оставался средоточием и источником любой власти, поэтому посягательство на раздел этой власти, опиравшейся на очень древнюю традицию, официально считалось посягательством на государство».

Потом в Японии не было церкви, оказывающей мощное противодействие государству против сползания его к деспотизму и подавлению общества. К тому же географическая близость к цивилизационно-культурному миру Востока, в первую очередь своему культурному учителю –Китаю, оставляло очень мало шансов для развития невосточного пути развития Японии. Но даже тогда еще ничего не было предопределено окончательно, и оставалась свобода выбора пути развития. В скором времени Японии все же пришлось сделать свой выбор, который был выбором в большей степени Востока, а не Запада. Это произошло в эпоху господства клана сегунов из дома Токугавы в XVII- середины XIX вв.

XVI век, стал для Японии встречей с принципиально иной чем весь многообразный Восток цивилизацией Западной Европы. Первыми до Японии добрались португальцы-купцы и католические миссионеры. Орден иезуитов отправил в Японии миссию во главе с испанцем Франциском Ксавье в 1549-1550 гг. Иезуит Ксавье стремился добиться не больше не меньше как склонить самого японского императора к принятию христианства и хотя ему это не удалось, однако в целом можно назвать его пребывание на японской земле очень успешным. Многие японские дайме со своими слугами приняли христианство, поскольку были заинтересованы в контактах с европейцами как в плане торговли так еще больше в получении от них огнестрельного оружия.

Христианская религия на японских островах стала распространяться с большой быстротой. И, уже в 1580 г. в стране было около 150 тысяч христиан, а также 200 церквей и 5 семинарий (Васильев Л.С.). За португальцами последовали в Японию голландские и английские купцы. Японцев интересовало европейское оружие, ткани и технические новинки. Некоторых европейских специалистов стали использовать в военно-инженерном деле и военном кораблестроении.

Однако в самом конце XVI века, когда в стране усилились центростремительные тенденции отношение к иноземному христианству и европейцам в Японии сменилось с нейтрально-положительного на негативное. Христианство стало прямо угрожать господствующему в стране буддизму и синтоизму, что, по мнению ряда японских политиков (Тоетоми Хиэеси и Токугава Иэясу) могло навлечь в будущем на страну тяжелые последствия. После чего с 1597 г. христиане стали подвергаться гонениям.

В период складывания японского централизованного государства под руководством сегуна Иэясу Токугава Япония выбрала изоляционистскую модель развития, с ее враждебным отношением ко всему внешнему миру и особенно к Западу. Гордых и самодостаточных японцев насторожила техническая мощь заокеанской цивилизации всюду на Востоке протянувшей свои колониальные щупальца, и они решили от греха подальше замкнуться в себе.

Автор: Вячеслав Бакланов.     Дата: 2015-09-27     Просмотров: 10068    

Можно также почитать из рубрики: Восток и Запад

Япония в средневековье.

Автор: Вячеслав Бакланов.

Раннесредневековый Китай.

Автор: Вячеслав Бакланов.

Автор: Cthutq Djhjyjd
Дата: 2015-09-30

Отличная статья. Получается Япония не совсем азиатская страна?

Автор: Вячеслав Бакланов
Дата: 2015-09-30

Cthutq Djhjyjd По культуре Япония самая что ни на есть восточная страна, но вот ее политсистема, а также общественная и экономическая структуры имели много общего с западноевропейской социополитсистемой. И это неслучайно, ведь именно Япония первой (и почти единственной) из азиатских стран провела успешную структурную модернизацию и стала вровень с западными странами по уровню развития. Я бы сказал еще так, что Япония это островная субцивилизация отделившаяся от материнской цивилизации Китая- конфуцианской цивилизации. Я категорически не согласен с С. Хантингтоном и другими, кто называет Японию самостоятельной цивилизацией. Это неверно. Так рассуждать может лишь политолог, философ, но не историк.

Автор: Александр
Дата: 2015-10-01

Странно, что флот и международная торговля в жизни Японии играли такую, относительно малую роль. Обычно островные нации тесно связанны с морем: флот и морская торговля, зачатую, являлся зримыми воплощениями их могущества и основой хозяйственно-экономической деятельности. Тем не менее, относительная отдаленность Японии позволила сформировать на островах очень своеобразную культуру и общественный строй, в котором, как правильно пишет автор, соединялись самые различные направления.

Автор: Евгений
Дата: 2015-10-01

Два островных государства - Англия и Япония. А какая разница в их историческом развитии. Пришлось быть страной догоняющей. И лучше бы Япония оставалась закрытой. Тогда бы не было сдачи Порт-Артура и позорного Портсмутского мира 1905г.

Автор: Иван
Дата: 2015-10-01

Евгению. Но ведь и Англия и Япония страны примерно на одном уровне. Обе передовые. Важен результат.

Автор: Вячеслав Бакланов
Дата: 2015-10-01

Ивану. Позволю влезть в разговор. Есть все же разница между Великобританией и Японией. Великобритания- великая ядерная держава, постоянный член Совбеза ООН. Короче она влиятельная в мировой политике страна. Япония- это страна находится фактически под протекторатом США. И в мировой политике ее вес очень небольшой.

Автор: Андрей
Дата: 2015-10-02

Вячеслав, интересная статья. А самая западная из азиатских стран это Ю. Корея.

Автор: Вячеслав Бакланов
Дата: 2015-10-02

Андрею. Если считать что в Южной Корее много протестантов и по трудоголизму эта страна занимает 1 место в мире, то тогда да.

Поделись с друзьями:

Добавить комментарии:

сумма


; Наверх