О силе и бессилии путинизма.

Автор: Вячеслав Бакланов

Модернизация в теории и практике.

Автор: Вячеслав Бакланов

Самодержавная магия президентской власти.

Люди самолюбивые любят власть, люди честолюбивые - влияние, люди надменные ищут и того и другого, люди размышляющие презирают и то и другое.
Ключевский Василий Осипович,
(видный русский историк)

Как показывают все социологические опросы, государственные институты среди российского населения пользуются очень низким доверием. Парадоксом является, тот факт что, несмотря на общее недоверие российского населения к государству, его правители пользуются его поддержкой. Институт Президента не утратил своей сакральной магии и полного доверия граждан даже тогда когда его на время покинул сверхпопулярный президент и «национальный лидер» Путин, передавший символические «царско-президентские» бразды правления своему более либеральному преемнику, Дмитрию Медведеву. Удивительное раздвоение высшей и единодержавной власти «царя-президента» во времена так называемого тандема (Медведева-Путина) не нанесло по мессианскому институту, которым традиционно является в России верховная власть никакого ущерба.

Так, больше половины населения видели в обоих правителей страны Путине и Медведеве, главных защитников суверенитета страны и прав граждан, что является тоже общепризнанным (во всяком случае, как показывают социологические опросы населения) и непреложным фактом. Налицо удивительное и явное противоречие. Чем это можно объяснить? Почему образ правителя-государя в России и по сей день связывается со всем государством? А государю-владыке и хозяину страны обязаны служить его подвластное население, его подданные? Почему Россия не смотря на все кризисы и все попытки либеральных реформ, вновь и вновь возвращается к азиатской вотчинно-государственной модели, при которой власть ведет себя по отношению к своим гражданам как завоеватель к оккупированной территории с чужеземным населением?

Ответить на эти вопросы помогут обращение к анализу современного состояния российского общества и общественного сознания. Но для начала следует остановиться на стойкой живучести патерналистских установок в российском социуме, которые продолжают господствовать даже несмотря на буржуазно-правовую оболочку российского государства. Эти установки не предполагают равных и добровольных договорно-гражданских отношений с властями, а построены исключительно на доминировании «Ее» (Власти) над подданными и принципе их нерасторжимого и беззаветного служения Власти, изначально не равной своим «подданным-холопам».

По словам известного культуролога Игоря Яковенко, западно-буржуазная идея контрактной службы всегда тяготеет к формализованным и четко прописанным правилам, не зависящим от личных отношений. Однако она так и не получила свое развитие в России, поскольку «контракт перечеркивает как патернализм, так и патримониальный характер власти». А это, как известно, противоречит сущности самой российской власти, стоящей над обществом, как великан над лилипутами.

Контрактная форма во многом противоречит и сохранившей свои базовые элементы русской традиционной культуре, где в силу неразвитости и даже отрицания института частной собственности, неотчуждаемых прав личности, культуры правосознания, интересы самой личности стоят немного и полностью уступают интересам государства. Собственно говоря, во многом сословно-статусный характер современного российского общества, где жизнь протекает больше не по законам («должное»), а по неформальным и негласным правилам и нормам («сущее») полноправных граждан быть в принципе не может, есть лишь разностатусные и разноправные подданные, служащие государству.

Не лишним будет напомнить, что власть в России исторически персонифицирована и для российского населения, исходя из особенностей менталитета, стереотипов и политической культуры, неограниченность власти и ее неподконтрольность обществу это вполне нормальный порядок вещей. Как в русской сказке: «Царь не должен думать о каждом, царь должен думать о важном». Русский человек обычно прощает власти ее жестокость по отношению к гражданам, любое принуждение и насилие ради каких-то надобщественных и надличностных «высоких» целей и миссий (чтобы не было за «Державу обидно») и отказывается прощать ей ее слабость и неспособность навести элементарный порядок, унять, к примеру «неправедных бояр».

Именно поэтому 90-е гг. так глубоко и крайне негативно врезались в память россиян как годы презрения к власти и к персоне, олицетворяющей эту власть. Как только в 2000 г. на президентском «престоле» появился «настоящий» Царь, который смог навести более или менее порядок, разогнать и посадить «оборзевших» олигархов,довольный народ успокоился возвращением привычной недемократичной власти. К слову говоря в России «богачей-собственников» никогда не любили, поэтому население искренне радовалось «посадкой Ходорковского» и другими преследованиями властей «опальных олигархов».

Другим олицетворением настоящей власти, стало усиление военной и полицейской мощи государства, которое на международной арене перестало вести себя как послушный ученик Запада и внутри страны (в первую очередь, в СМИ и телевидении) развернуло кампанию антиамериканизма и западофобии. Образ страны, окруженный со всех сторон «врагами-стервятниками», пытающимися поживиться богатствами ослабленной «матушки-России», как нельзя лучше воспроизводил все архаичные стереотипы, фобии и установки массового сознания населения, и это еще больше отвечало укорененному представлению большинства россиян о настоящей «русской власти».

При этом следует отметить, что по-прежнему задает тон в воспроизводстве «русской власти» и сам образ правителя страны. В России до сих пор, действует правило: пока образ правителя является в целом позитивным и он популярен в массах, то данная власть и сам режим держатся крепко, что мы и видим сегодня. Собственно говоря, поэтому, ни кого не удивила победа Путина на президентских выборах в марте 2012 года в первом туре. Причем даже оппозиционные и независимые от Кремля источники такую победу Путина предсказывали. Правда, с другим перевесом (приблизительно на 8% меньше) над своими политическими конкурентами.

Конечно, тут не обошлось без огромного административного ресурса и пиара, который порой принимал гротескные формы (встреча в лесу с тигрицей, доставание греческих амфор со дна моря, полет со стерхами и др.). Но дело принципиально не в пиаре. Просто Путин отвечал практически всем мифологизированным образам о «настоящем царе», но уже в современной медийно-популистской обработке. Да и его конкуренты на президентское кресло, выглядели намного бледнее. Важно отметить удачный с точки зрения пиара популистский сдвиг (с зимы 2012 года) Владимира Путина в сторону «трудовых» масс и противопоставления их «зажравшимся» активистам «болотной оппозиции».

Ориентация на ущемленные в экономическом положении широкие трудовые массы (демонстрация «нового Путина») стало выигрышной картой Владимира Путина, избранного на третий президентский срок. Дополнительных очков его популярности добавили его предложения по запрету для высшего круга российских чиновников владеть иностранной недвижимостью и иметь банковские счета за границей. Но при всем при этом образ главного в стране Патриота, Защитника и Альтруиста в лице Путина диссонирует на фоне углубляющегося разочарования населения плутократической государственной властью и ростом в обществе оппозиционных настроений. Сможет ли позитивный образ «настоящего царя» благополучно пережить нынешнюю экономическую стагнацию и крайнюю раздраженность населения коррупцией в среде «государевых бояр» и сохранить высокий рейтинг, скоро покажет время.

Автор: Бакланов В.И.     Дата: 2013-12-24     Просмотров: 1634    

Можно также почитать из рубрики: Новорусская Россия

О силе и бессилии путинизма.

Автор: Вячеслав Бакланов

Поделись с друзьями:

Добавить комментарии:

сумма


; Наверх