О феодализме и «феодализмах» в Европе.

Автор: Вячеслав Бакланов

Как испанские и русские партизаны побеждали непобедимую наполеоновскую армию.

Всякое восстание против чужеземных захватчиков — дело законное и есть первый долг каждого народа.
Фредерик де Стендаль,
(французский писатель)

Армия великого полководца Наполеона, вышедшая из социально однородного и мобильного французского общества, прошедшего через горнило французской революции в духе ее свободолюбивых идей, оказывалась непобедимой силой, для европейских армий, вышедших из жестко стратифицированных, сословно-династических государств и обществ Европы.

И тем обиднее для войск на весь мир прославленной армии оказывалось терпеть постыдные поражения от европейски отсталой Испании и азиатской России, от каких-то не по-армейски обученных и недисциплинированных испанских гверильясов, русских партизан, которых сам Наполеон презрительно называл «мужиками в лохмотьях».

Впервые с «неприятными» для себя партизанами французские солдаты столкнулись в Испании. Вначале все шло, как и везде в других странах. Французская армия, разбив регулярные испанские части (испанская армия представляла собой довольно жалкое зрелище), вошла в столицу-Мадрид, в руках Наполеона оказалась вся королевская семья Бурбонов. Последние легко согласились подписать акт о своем отречении в пользу брата Наполеона-Жозефа в 1808 г.

Казалось, на этом можно было поставить точку. Наполеону уже грезилось, как к Франции переходят сказочно богатые золотом, серебром, сахарным тростником, кофе и др. ценной продукцией колонии Испанской Америки. В этом случае Франция становилась абсолютным мировым колоссом, даже по сравнению с ее главными геополитическим противником- Великобританией. Но мечты о мировом могуществе наполеоновской Франции разрушили как раз эти самые «мужики в лохмотьях»- гверильсы.

Испанские крестьяне, ремесленники, некоторые мелкопоместные феодалы и даже сельские священники взялись за оружие в тот момент, когда регулярная армия была разбита, высокородная испанская знать признала иноземное господство, а вся страна была в руках сильнейшей армии мира. Но теперь испанцы «открыли» для французов совсем иную войну.

Они, небольшими мобильными отрядами скрываясь в труднодоступной горной или лесистой местности, совершали дерзкие набеги на французские конвои и мелкие отряды, уничтожали их разъезды, отбивали фураж и в то же время уклонялись от столкновения с регулярными частями французской армии. Это так называемая малая война получила название «герилья» и была очень успешной.

Несломленный испанский народ увидел в ней силу и надежду на избавление от чужеземного ига. В районах, где размах герильи был наиболее сильным: Астурии, Каталонии, Арагоне, Наварре, Басконии, повсеместно возникали местные хунты - патриотические органы самоуправления, руководившие борьбой против французских оккупантов. Мелкое и среднее католическое духовенство поддержало борьбу проповедями и сбором пожертвований с прихожан.

Патриотичные испанские хунты, объявив, что отказываются признавать королем чужака-француза Жозефа и отныне сражаются «именем короля Фердинанда VII и испанского народа» стали организовывать народные ополчения, призывая народ жертвовать на сбор средств для него. 6 июня 1808 г. севильская хунта обратилась с прокламацией к испанскому народу, в которой говорилось: «Пожертвуем же всем для дела, столь справедливого! И если нам суждено пасть — падем в борьбе, как подобает храбрым…».

И надо сказать за этими призывами последовал боевой патриотический настрой нации ранее чувствующей свое бессилие перед мощным противником. Герильясы без пощады расправлялись с незваными чужеземцами. Они отравляли колодцы, захватывали и уничтожали фураж, предназначенный для французов, истребляли мелкие отряды захватчиков.

Французы вскоре осознали, какую опасность для их господства представляют партизаны и стали против них применять карательные экспедиции. С этой целью из Франции были дополнительно в Испанию направлены новые воинские контингенты. Около 200 тысяч солдат и офицеров в той или иной степени были вынуждены противостоять герильясам; защищать коммуникации и участвовать в карательных рейдах против них.

Зато имена многих прославленных вожаков испанских партизан были у всех на устах: Реновалес, Мина, л'Эмпечинадо, Санхец, доктор Ровера, Меркезито, Медико, Сапия и аббат Мерино. Удивительный факт, но среди партизанских командиров было немало священников, которые с успехом поменяли католические сутаны на пестрые одежды суровых воинов. Герильясы установили тесный союз и взаимодействие с врагами французов, англичанами, воюющими на Пиренеях, и делились с ними полученными разведанными.

Между тем число французских солдат в Испании всё время росло. Так, в 1810 г. было 325 000, а в июле 1811 г. в Испании было 355 000, во время вторжения войск Наполеона в Россию в июне 1812 г., в Испании находилось 400000 французских солдат. Три четверти всех наполеоновских войск в Испании было направлено на борьбу с партизанами и всего лишь малая часть армии Наполеона, воевала с регулярной англо-испанской армией. Даже готовя Великую армию для вторжения в Россию, Наполеон не трогал военные контингенты с испанского фронта. Все французские офицеры, находясь в Испании, отмечали острую ненависть местного населения к себе.

«Каждый житель являлся врагом. Повсюду нас окружала ненависть, которая все скрывала от нас, — писал маршал Сюше. — Обещания и угрозы были почти всегда одинаково бессильны вырвать полезную для нас тайну» «Так как ни один приказ, ни одно письмо не может быть отправлено без сопровождения 150 или 200 солдат, — писал маршал Мармон, — ни одна порция продовольствия не может быть добыта без непосредственного применения внушительной силы…»

Французы жестоко расправлялись с ополченцами, и всеми испанцами кто боролся против них, как с оружием, так и силой проповедью. Деревни и даже некоторые города, где партизаны находили пищу и кров, сжигались, активных зачинщиков и пособников герильясов вешали, предварительно подвергая их пытками. Однако действия партизан были столь успешны, что французская оккупационная армия фактически была заперта в крупных городах и гарнизонах. Партизаны наносили огромный урон живой силе противника, лишая его продовольствия.

Французские оккупанты ощущали в Испании как в ловушке. Фактически это означало стратегическое поражение французов в Испании. Европа, привыкшая к легким завоеваниям Наполеона, изумленно наблюдала как испанское «простонародье» из года в год перемалывает регулярные части лучшей армии мира, приближая тем самым общую победу над своим «узурпатором».

Испанская герилья вновь повторилась но уже в бескрайних пространствах России, куда завела ранее победоносных солдат счастливая звезда «европейского Александра Македонского» -Наполеона в 1812 г. Здесь в отличие от Испании война не затянулась на несколько лет, а оказалась скоротечной: с июня по декабрь 1812 года. Причина- боеспособность русской армии, которая в отличие от испанской не была разбита Наполеоном, и поэтому внесла решающий вклад в дело разгрома его «Великой армии».

Однако и здесь, как в Испании война с Наполеоном приобрела общенациональный характер, а поэтому добровольный, ополченческий (партизанский) ее аспект сыграл видную роль в окончательном истреблении оккупационной армии в России. Достаточно привести такие цифры. Всего общий урон, понесенный французами в живой силе от русских ополченцев, партизанских отрядов крестьян, отдельных армейских партизанящих отрядов оценивается в 80 тысяч только за полгода боев!

Удивительно было то, что крепостные крестьяне задавленные крепостным ярмом со стороны своих помещиков, инициативно и с большой охотой создавали отряды ополчения, воюющие против французов даже тогда, когда их господа-помещики не спешили на фронт для борьбы с «галантными» галлами. На русских крестьян не подействовали также и слухи о том, что французы хотят дать им свободу от власти помещиков.

Патриотизм русских крестьян был тогда тем самоотверженнее, что они жили в своем отечестве в условиях фактического рабовладельческого ига-крепостного права. Поэтому они шли на битву на «француза-басурманина» разумеется, не за упрочение крепостного права, а за новую Россию, в которой не было бы внешнего (Наполеона), и внутреннего (помещиков) ярма. «Умирая на поле битвы «за белого царя и пресвятую богородицу», как он говорил, – читаем о русском мужике 1812 г. у А.И. Герцена, – он умирал на самом деле за неприкосновенность русской территории». Надежды крестьян в войне с оккупантами были прозаичны, но отнюдь не менее прогрессивны для того времени. После победы над национальным врагом они надеялись получить свое освобождение из рук самого царя, как «награду за их патриотизм».

Надо сказать, что правительство Александра I всемерно способствовало общенациональному подъему своих подданных разделенных сословными перегородками. Например, в одном из царских манифестов Александра I от 18 июля 1812 г. содержался прямой призыв ко всему народу, для борьбы с завоевателем- Наполеоном Бонапартом: «Да встретит он в каждом дворянине Пожарского, в каждом духовном Палицына, в каждом гражданине Минина!».

Действительно война 1812 года на какой-то момент сблизила и даже частично примирила чудовищный социальный и культурный раскол между крестьянами и барами, объединив лучших представителей этих двух полярных сословий против общего врага. И наиболее действенной формой народной войны 1812 года, где как никогда проявилось инициатива и добровольное самопожертвование народа состоявшего из двух расколотых сословий, было партизанское движение. Причем крестьянский компонент в партизанском движении явно доминировал.

Размах «русской крестьянской герильи» был таков, что Кутузов с удовлетворением и гордостью писал в Петербург: «Крестьяне, горя любовью к Родине, устраивают между собой ополчения... Ежедневно приходят они в Главную квартиру, прося убедительно огнестрельного оружия и патронов для защиты от врагов. Просьбы сих почтенных крестьян, истинных сынов отечества, удовлетворяются по мере возможности и их снабжают ружьями, пистолетами и патронами».

Стоит отметить, что некоторые крестьянские партизанские отряды были столь крупными, что могли действовать против целых военных частей французов. Некоторые крестьянские партизанские отряды насчитывали тысячи бойцов: Так партизанский отряд Герасима Курина, насчитывал почти 6 тысяч бойцов, Ермолая Четвертакова – 4 тысячи, а Федора Потапова до 3 тысяч.

В отличие от крестьянских партизанских отрядов, армейские партизанские отряды создавались организованно и непосредственно подчинялись военному командованию. Их задачей являлось, военная разведка; ликвидация продовольствия и фуража для противника; уничтожение живой силы противника. Особенно прославились партизанские армейские отряды, возглавляемые такими выдающимися командирами, как Денис Давыдов, Фигнер, Сеславин и полковник Кудашив.

Сам император Наполеон неоднократно приказывал своим генералам уничтожить дерзкого партизана Дениса Давыдова. Но тот был неуловим, и всякий раз наносил серьезный ущерб врагу. Другой партизанский отряд под командованием капитана Фигнера, за короткий срок (до одного месяца) уничтожил предназначавшееся французам в окрестностях Москвы почти все продовольствие, вывел из строя 6 орудий противника, уничтожил до 400 человек, взял в плен полковника, 4 офицеров и 58 солдат.

Своими блестящими и непрерывными действиями армейские и крестьянские отряды партизан фактически блокировали всю оккупационную армию Наполеона в Москве, лишив ее продовольствия, истребили и пленили множество офицеров и солдат, что в итоге вынудило Наполеона покинуть Москву.

Огромную роль партизаны сыграли и на заключительном этапе общенациональной войны всего российского народа против грандиозного «нашествия двунадесяти языков» западноевропейских оккупантов во главе с Наполеоном. Гениально точно выразился по этому поводу Лев Толстой: «Дубина народной войны поднялась со всею своею грозною и величественною силой… поднималась, опускалась и гвоздила французов до тех пор, пока не погибло все нашествие».

Российские партизаны, также как и испанские герильясы своей самоотверженной и непримиримой борьбой значительно приблизили крах наполеоновской завоевательной империи. Война «не по правилам» (как называли партизанскую войну сами французы) не только истребляла живую силу оккупантов, приближая тем самым победу над ними.

Эта «неправильная война» оказывала мобилизующее влияние на все общество, как испанское, так и русское. Партизанская война усиливала в этих обществах национально-патриотических подъем и чувство общенационального самосознания поверх всех классовых и сословно-династических перегородок и в итоге способствовала национальному пробуждению этих народов.

Автор: Вячеслав Бакланов.     Дата: 2015-01-14     Просмотров: 1521    

Можно также почитать из рубрики: Конфликт Цивилизаций

Гунны в Европе - Аттила.

Автор: Вячеслав Бакланов.

Автор: Иван
Дата: 2015-01-15

Боеспособность русской армии по сравнению с испанской, несомненно, была важным фактором победы над Наполеоном. Но при этом нельзя упускать и географический фактор-огромное пространство России.

Автор: Иван
Дата: 2015-01-15

Наполеон сам называл оккупацию Испании одной из своих главных ошибок. В этой войне как в топке сгорали его войска, истощалась казна. Такую же ошибку №2 он совершил в России, вторгнувшись в нее. Что также потом признал.

Автор: Александр
Дата: 2015-01-17

Как показывает история, главное в наполеоновских планах было вовремя остановиться, чего Наполеон, в конечном итоге,так и не сумел сделать, расплата последовала не замедлительно.

Автор: Эдуард
Дата: 2015-01-17

Я понял, почему Вячеслав поместил эту статью в рубрике Столкновение цивилизаций. Испания и Россия всегда были маргиналами Европы. Они не вписывались в ее формат и как более варварские окраины европейского континента вели борьбу с континентальной европейской империей Наполеона, которая безусловно для того времени была прогрессивным явлением.

Автор: Иван
Дата: 2015-01-17

Да, Испания, а еще больше Россия отставали от Англии и Франции, но рассматривать вторжение Наполеона в эти страны как прогрессивное явление, думаю было бы преувеличением. Хотя Наполеон не был Гитлером.

Автор: Юрий
Дата: 2015-01-18

Наполеон в завоеванных европейских странах устранял феодальные порядки и насаждал капитализм. В этом заключался прогресс. Но в России он и не думал отменять крепостное право для крестьян. Здесь он выступал как типичный завоеватель. Вот почему русские крестьяне встретили его "неласково". И поделом ему.

Автор: Юрий
Дата: 2015-01-18

Из Википедии:Одним из выдающихся подвигов Давыдова за это время было дело под Ляховым, где он вместе с другими партизанами взял в плен двухтысячный отряд генерала Ожеро; затем под г. Копысь он уничтожил французское кавалерийское депо, рассеял неприятельский отряд под Белыничами и, продолжая поиски до Немана, занял Гродно. Наградами за кампанию 1812 года Денису Давыдову стали ордена Св. Владимира 3-й степени и Св. Георгия 4-й степени: «Ваша светлость! Пока продолжалась Отечественная война, я считал за грех думать об ином чем, как об истреблении врагов Отечества. Ныне я за границей, то покорнейше прошу вашу светлость прислать мне Владимира 3-й степени и Георгия 4-го класса» — писал Давыдов фельдмаршалу М. И. Кутузову после перехода границы.

Автор: Игорь
Дата: 2015-01-19

Испанцы всегда плохо воевали и на суше и на море. Но за свою землю они дрались как львы. Англичане во главе с Веллингтоном сыграли большую роль в победе над французами в Испании.

Автор: Андрей
Дата: 2015-01-23

Иван, я не совсем могу согласиться с тем, что испанцы всегда плохо воевали. В конце концов, в XVI в. испанская пехота считалась лучшей в Европе. Упадок испанской армии и флота начинатеся постепенно со второй половины XVI в., что сначала отразилось в гибели "Непобедимой Армады".

Автор: Иван
Дата: 2015-01-23

Андрею: Я имел в виду более поздние века. XVII-XVIII и т.д.Не забывайте, что до реформ в военной сфере при Петре 1 мы тоже далеко не всегда одерживали победы над европейцами. Нас даже поляки в XVII в. частенько били.

Поделись с друзьями:

Добавить комментарии:

сумма


; Наверх