О силе и бессилии путинизма.

Автор: Вячеслав Бакланов

Модернизация в теории и практике.

Автор: Вячеслав Бакланов

Первичная модернизация Ирана и российско-британский империализм в XIX- начала XX веков.

Строгость учителя полезнее ласки родителей.
(иранская пословица)

Если в XVI–XVIII вв. государства-общества Востока, испытывая все нарастающую экспансию торгового капитализма западных держав, смогли устоять и сохранить незыблемость своей традиционной структуры, то в XIX в. удар западного промышленного капитализма был столь силен, что потребовал уже изменения самой общественно-политической системы Востока. Запад не просто готов был грабить богатый, но неуклонно стагнирующий Восток, он пытался переделать его под себя и тем самым изменить тысячелетний ход его цивилизационной орбиты.

О сложностях модернизации шиитского Ирана

Запад остро нуждался в Востоке, но не как в равном партнере, а как господин, который нуждается в слуге. Западная капиталистическая мир-экономика нуждалась в дешевом сырье, рабочих руках и необъятных азиатских рынках, где можно было сбывать свою продукцию машинного производства.

Столкнувшись с самым беспощадным противником за всю свою историю (монголы, например, не нарушали цивилизационно-культурную идентичность восточных обществ), Восток впервые за всю многотысячелетнюю историю стал поддаваться чужеземцам, пытаясь реформировать свое историческое бытие.

Шиитский Иран, также как и Османская империя и Китай столкнувшись с западной промышленной и колониальной агрессией, попытался реформировать свою общественно-политическую систему частичной реформой «сверху». Именно государство, сама азиатская деспотия и высшее чиновничество, а не общество выступило инициатором этих реформ. Это и предопределило не комплексное, фронтальное и системное обновление, а фрагментированную, избирательную модернизацию. Модернизации (очень осторожной) зачастую подлежало государство, а не общество. И в первую очередь модернизировались армия, военная промышленность и госаппарат..

Трудности на пути модернизации в Иране были колоссальные. В отличие от Китая и Японии, здесь огромное влияние на политическую и общественную и духовную жизнь страны оказывала религия-ислам, которая тотально присутствовала во всех сферах жизнедеятельности, освящая их. Поэтому и реформаторы просто обязаны были в проведении своих преобразований использовать религию в собственных целях. Шиитское духовенство особенно остро и подчас негативно реагировало даже на робкие преобразования власти, объявляя их «происками» христианского Запада. Следует также учесть, что вплоть до конца XIX в. здесь вся законодательная система Ирана была представлена средневековыми нормами шариата.

Важной особенностью первых реформаторских попыток в Иране было то, что они проходили на фоне разворачивающейся борьбы за экономическое и политическое влияние за Иран двух великих империй -Британской и Российской. Каждая из этих империй, яростно соперничая друг с другом, в то же время пыталась подчинить себе территорию, все более слабеющего Ирана (например, Россия при Николае I явно претендовала на полуколониальный для себя статус Персии). Столкнувшись с таким внешним вызовом, властная иранская верхушка и часть образованной элиты вполне отдавали себе отчет, что Иран как более слабая держава может окончательно утратить свою независимость, если не предпримет решительных шагов в плане модернизации.

Говоря о модернизации Ирана (Персии), следует иметь в виду, что это государство географически было более удалено от западных стран (было более «восточным» не только в географическом плане, но и социально-культурном плане) и не имело, в отличие от Османской империи, многочисленных и предприимчивых в буржуазном отношении христианских общин (за исключением армян). Таким образом, отсутствие многочисленных и хорошо налаженных контактов с западноевропейцами осложняло проведение модернизации в этой стране.

Еще одним важнейшим фактором было наличие мощного влияния на власть шиитского духовенства, обладавшего исключительным влиянием на местное население. С другой стороны, шиитский ислам и духовенство в потенциале не выступал таким уж непреодолимым препятствием для реформ в Иране. Шиизм в качестве социально мобилизующего фактора в стране мог сыграть ключевую роль в зависимости от хода реформ, возможности компромисса власти и духовенства либо в сторону их одобрения, либо категорического неприятия. И этот фактор, как показали события, сработал не в пользу реформаторов.

Фактором, препятствующим модернизации страны, было наличие большого количества кочевых племен (в 40-е гг. XIX в. их насчитывалось свыше 70), находившихся на стадии разложения родоплеменных отношений. Треть населения Ирана жило в патриархальных кочевых и полукочевых племенах (О.И. Жигалина). Сохраняла свое значение торговля рабами-неграми, доставляемыми с африканского материка.

К этому следует добавить крайне сложный этносоциальный состав иранского населения, который сдерживал его консолидацию, столь необходимую для проведения реформ. Так что консервация традиционализма в Иране имела более глубокие корни, чем в Османской империи, и это затрудняло модернизацию средневекового иранского общества.

Первые шаги

В начале XIX в. правители Ирана стали благосклоннее относиться к европейскому культурному влиянию и заимствованиям в военно-технической области. Первоначально за влияние на Иран развернулось острое соперничество между английскими и французскими военно-политическими миссиями, в которых победа осталась за англичанами. Но вскоре британскому доминированию здесь был брошен мощный вызов со стороны автократической России. С конца 20-х гг. региональное противоборство за дорогой приз - Иран между двумя великими империями набирает силу.

Военные поражения Ирана и территориальные потери в войнах с Россией (1804–1813) и (1826–1828) подтолкнули руководство страны в необходимости преобразований. Но ключевую роль сыграл внутренний фактор – религиозно-социальное народное бабидское восстание в 1848–1850 гг.

В 1844 г. сеид Али-Мохаммед объявил себя Бабом – «дверью» (или воротами»), через которые ожидаемый двенадцатый имам в качестве мессии Махди вот-вот должен спуститься на землю. Впоследствии он объявил себя этим имамом и провозгласил новое радикальное социальное учение с ярко выраженными эгалитарными идеями. В новом справедливом царстве, по мнению Баба должно быть провозглашено равенство всех людей, равноправие мужчин и женщин.

Несмотря на жестокое подавление этого восстания, антиправительственное знамя бабидов подхватил Хусейн Али, назвавший себя Бехаулла. Он заявил себя сторонником ненасильственных действий и, восприняв многое из западных идей, выступил против войн, за терпимость, равноправие, передел имущества в некую наднациональную всемирную общность. Несмотря на поражение, и бабизм и бехаизм подготовили в иранском обществе почву к необходимым преобразованиям.

Убежденным реформатором и идеологом иранских реформ стал мирза Таги-хан, более известный как Амир Низам, назначенный в 1848 г. первым визирем, затем и первым министром. Он, побывав в Османской империи и России, сумел убедить шаха Наср-эд-Дина (1848–1896) в необходимости преобразований.

В первую очередь была реорганизована армия, устранены наиболее стеснительные для развития государства средневековые порядки. Появились государственные мануфактуры, на которых производилось оружие. Основана высшая нерелигиозная школа Дар-оль-Фонун (Дом наук) в которой училось около 200 студентов. Молодых иранцев отправляли за границу для обучения, а в страну стали приглашать европейских преподавателей. Вышла в свет первая газета на персидском языке. Персидский первый министр Таги-хан активно боролся с масштабным в этот период взяточничеством и сокращал количество излишних чиновничьих должностей.

В отличие от русских, больше всего делающих упор на грубую военную силу в отношениях с Персией, Британия это период дипломатически добивается от иранского правительства крайне выгодного для себя торгового договора.

В октябре 1841 г. были восстановлены англо-иранские дипломатические отношения. Тогда же был подписан англо-иранский торговый договор. Договор предоставлял англичанам право экстерриториальности, освобождение от уплаты внутренних таможенных пошлин и очень низкие 5-процентные пошлины на ввозимые в Иран английские товары. Британские подданные получали право экстерриториальности-неподсудности местным властям и законам. В результате такой выгодной для Великобритании торговой политики возрос ввоз в страну английских промышленных изделий, дешевых и качественных. Иранское ремесло и домашняя промышленность не выдерживали конкуренции английских фабричных товаров. Тысячи ткачей лишались работы и разорялись. Был закрыт путь к развитию отечественных мануфактур, уже существовавших в Иране.

После этого в 1845 г. такие же привилегии получила от Ирана Франция, затем Австрия и другие европейские государства. Агенты западных торговых фирм, ради своих коммерческих интересов подкупали персидских чиновников, что еще больше приводило государственный аппарат к разложению. Именно в это период взяточничество и коррупция приняли чудовищные размеры. Так начался процесс превращения некогда гордой персидской империи в типичную для XIX в. европейскую полуколонию.

Продолжавший политику реформ Амир Низам пытался ограничить влияние высшего духовенства на государственные дела, чем и навлек на себя непримиримую консервативную оппозицию во главе с лидером тегеранского духовенства. Консервативное духовенство вместе с принцами дома шаха смогло убедить шаха в губительности реформ Амир Низама. Последний был обвинен в преклонении перед Западом, в конце 1851 г. был смещен со всех постов, сослан и вскоре казнен.

Тем не менее реформаторский почин Амир Низама не пропал, его подхватил Мальком-хан, который, будучи на дипломатической службе во Франции, даже вступил в масонскую ложу. Вернувшись на родину, Мальком-хан создал в 1860 г. просветительско-религиозную организацию, напоминавшую по форме масонскую ложу Фарамушхане, в которой было много высокопоставленных лиц, включая и сына самого шаха. Эта организация занималась пропагандой под религиозной оболочкой (светское учение в религиозном обществе вообще не было бы воспринято) идей и ценностей Французской революции: свобода личности и собственности, свобода мысли и вероисповедания, свобода слова, печати, собраний, равенство прав и т.п.

Но традиционалисты и консервативное духовенство не дремали, они смогли и на этот раз убедить шаха в губительности деятельности этой организации для самой исламской веры. В результате в октябре 1861 г. Фарамушхане была распущена, а Мальком-хан, весьма известный на Западе, был выслан в почетную ссылку на дипломатическую работу (Л.С. Васильев). Иранский пример, в отличие от османского, демонстрирует нам слабость вестернизаторского мотива у правящей верхушки, не только из-за удаленности Персии от Запада, но и из-за отсутствия у нее развитого комплекса неполноценности перед Западом. А именно этот комплекс (ressentiment) порой является мощным стимулирующим фактором для проведения реформ по западному образцу.

Превращение в полуколонию Великобритании и России

В 50–60-е гг. XIX в. в Иране проникновение английского капитала все больше набирало оборот. Английский капитал мощным потоком шел в страну и использовался для развития ее промышленности, торговли и сельского хозяйства. Но чисто экономические мотивы для англичан переплетались с мотивами геополитическими. Британцам важно было создать буферную зону, «пояс безопасности» в виде Персии, препятствующий прямому проникновению России на юг, в сторону «их Индии».

С годами для Британии все большее значение начинают приобретать концессии – права на развертывание своего бизнеса (строительство банков, дорог, торговля табаком и пр.). Концессии для Британии были важны как в политическом отношении, как форма контроля над правящей элитой и финансами страны, так и в экономическом, поскольку приносили большую прибыль англичанам (Е. Шварц).

Но не в накладе были и иранцы. В результате иностранного «оплодотворения» иранский хлопок в конце века стал важной статьей экспорта страны. Развитие товарного хозяйства способствовало и укреплению позиций частных собственников. Правда, это обстоятельство вело к расслоению крестьянства и росту отходников, выезжающих на сезонные работы в основном в Россию, в Баку (А.И. Яковлев).

Следующая попытка реформирование страны была предпринята в 1870 г. шахским назначенцем – премьером Хусейном-ханом. Карт-бланш на проведение реформ выдал сам шах, который неоднократно посещал Россию и Европу, и самолично убедился в необходимости реформ. Первой была проведена административная реформа. Появились светские школы. Но реформы в основном заключались в широкой раздаче промышленных и природных ресурсов в монопольную разработку английским и русским капиталистам. Однако сами мероприятия носили весьма поверхностный характер и не затрагивали основ существующего строя.

Но и в этот раз даже такие осторожные реформы вызвали резкое противодействие консерваторов, в первую очередь духовенства, и в 1880 г. под их напором шах уволил Хусейн-хана (А.И. Яковлев).

Реформы внутри общественно-политической системы почти прекратились, зато правительство все больше открывало дорогу перед иностранными компаниями. В конце XIX в. страна была поставлена почти под полный контроль английского и российского капитала. Страну наводнили дешевые иностранные фабричные товары, конкуренция с которыми подрывала местное ремесло и тормозила создание национальной промышленности. Собственно национальной промышленности и не было, ее заменяла иностранная, в основном английская промышленность. Россия помимо займов иранскому правительству поставляла такие товары, как сахар, спички, керосин, железо, строительные материалы и т.д.

В результате Иран превратился в сырьевой придаток европейских держав и рынок сбыта западной (включая и российскую) продукции. Англичане фактически контролировали богатый нефтью юг страны, Россия закрепилась свое влияние на севере Ирана. Обе державы: Россия и Великобритания – активно соперничали друг с другом в Иране. Стратегию экономического проникновение российского капитала в Иран разработал министр экономики и финансов граф С.Ю. Витте. Он же и во многом курировал этот процесс (А.А. Гончарова).

В скором времени назначение иранских чиновников на таможни и даже на более ответственные посты в сферах влияния обеих держав приходилось Ирану согласовывать с Россией и Англией. Фактически страна была превращена в полуколонию двух держав. Свыше 80 % всего торгового оборота Персии приходилось на эти две страны, причем по двусторонним соглашениям предусматривался беспошлинный ввоз или крайне низкое обложение товаров этих двух стран (А.И. Яковлев).

Следует отметить, что Россия с конца XIX века резко усилила свое экономическое и дипломатическое присутствие в Иране и даже потеснила свою заклятую соперницу - Британию. В ходе развернувшейся борьбы между Россией и Британией за персидские железнодорожные концессии, победила Россия. Петербург добился от Наср-эд-дин-шаха полного отказа от строительства железных дорог с участием британского капитала.

Не без «происков» Петербурга и под давлением духовенства шах отменил британскую табачную концессию. И Лондон, и Петербург, добивались выгодных контрактов на иранском рынке, зачастую подкупая иранских чиновников. Алчность и аппетиты, которых заставляла их торговать национальными интересами своей страны. Но проникновение в Иран двух соперничающих империй в целом было выигрышным для страны, просыпающейся от традиционной летаргии. Обе державы, как «строгие» и безжалостные империалистические «учителя» усиливали ток политического и социально-экономического напряжения здесь, что благоприятствовало модернизационным преобразованиям.

«Соперничество России и Великобритании помогло Ирану сохранить политический суверенитет, хотя он фактически был превращен в полуколонию и был разделен на зоны влияния» (Е. Шварц).

Европейско-русский экономический и культурный колониализм разрушал бастионы традиционализма и чересполосицу этнического и племенного деления общества. Он привнес в средневековую страну такие институты, как рынок, более унифицированное правовое пространство, что в целом благоприятствовало консолидации столь мозаичного иранского общества.

В целом колониализм Великобритании и России ускорил разложение традиционных отношений в Иране, привел к возникновению просветительского движения иранской интеллигенции, способствовал пробуждению национального самосознания и постепенному формированию буржуазной идеологии. Иранская элита, в отличие от османской, легче переносила отставание своей страны от европейских стран и, по сути, смирилась со своей маргинальностью, непроизвольно выбрав стратегию следования принципу у-вей (недеяния), не пытаясь каким-то образом изменить ситуацию.

Начавшийся распад традиционных социальных связей ставил вопрос о будущем страны, вызывал интерес к идее общественного прогресса вообще и к поискам путей дальнейшего развития попавшего в полуколониальную зависимость Ирана (О.И. Жигалина). Просвещенная иранская элита все более осознавала, что попытка избежать западных новшеств – это путь «в никуда». Проблема заключалась в том, каким образом совместить господствующее традиционное шиитское мировоззрение с неизбежностью внедрения более светских (европейских) форм жизни, чтобы окончательно не превратиться в колонию? Но эта проблема так и не была решена.

Общенациональный кризис начала XX века

В начале XX в. социально-политическая обстановка в Иране была очень напряженной. В оппозиции правящему режиму были широкие слои населения: рабочие, национальная буржуазия, феодалы и даже часть духовенства. Сразу же сказалось влияние внешнего фактора – революции в России. К тому же на заработках в России работало много персидских рабочих-отходников. Они там постепенно заражались революционными настроениями и переносили их в свою среду.

Под влиянием русской революции 1905 г. одной из главных задач движения стало требование конституции. В 1905 г. в стране широкое протестное движение в виде массовых демонстраций и стачек вынуждает шаха Мозаффер-эд-дина (1896-1907 гг.) согласиться в 1906 г. принять конституцию и созвать меджлис (парламент). В 1907 г. меджлис законодательно утвердил основные гражданские права и свободы и создал светские суды.

В стране произошел бурный всплеск активности нового среднего класса. Повсеместно стали возникать органы местного самоуправления, политические, религиозные и профессиональные клубы и организации. Эти клубы и организации устанавливали контроль над представителями власти, контролировали цены, основывали школы, издавали газеты. В среде городской бедноты возникли организации муджахедов (борцов) и вооруженные отряды федаев, готовых жертвовать собой ради революции (А.И. Яковлев).

Революционная активность масс помимо антишахской направленности имела и антиимпериалистический характер, направленный против хозяйничанья иностранцев. Недовольство шахским режимом и хозяйничаньем иностранцев вылилось в революцию 1905–1911 гг.

Под давлением революционным масс шахом была подписана конституция и открыт в 1906 г. меджлис (парламент). В 1907 г. меджлис законодательно утвердил основные гражданские права и свободы и создал светские суды. В стране произошел бурный всплеск активности нового среднего класса. Повсеместно стали возникать органы местного самоуправления, политические, религиозные и профессиональные клубы и организации. Эти клубы и организации устанавливали контроль над представителями власти, контролировали цены, основывали школы, издавали газеты. В среде городской бедноты возникли организации муджахедов (борцов) и вооруженные отряды федаев, готовых жертвовать собой ради революции (А.И. Яковлев).

Британия и Россия, почувствовав угрозу свои интересам в Иране, встали на стороне реакции, оказывая серьезную военную помощь новому шаху Мохаммеду-Али (1907-1909 гг.). Обе державы в 1907 г. подписали соглашение, в соответствии с которым Иран был фактически разделен на зоны влияния: Великобритании отходил Южный Иран, северный Иран становился зоной исключительного влияния России, а центральной части страны отводилась роль нейтральной зоны между двумя империями. Это был открытый и неприкрытый колониальный грабеж в духе того времени, когда слабую страну делили более сильные империалистические хищники. Революционно настроенные на конституционные перемены персы постепенно осознавали, какую неблаговидную роль в судьбе их страны играли англичане и русские.

Когда вернуть полную власть шаху не удалось, в 1911 г. в Иран вступили войска России на севере и войска Англии на юге. Так началась интервенция против иранской революции. В декабре 1911 г. с помощью интервентов в стране произошел контрреволюционный переворот, меджлис был распущен, вся власть вновь перешла к малолетнему шаху Ахмеду-шаху (1909-1925). Страна вернулась к привычному порядку правления. При шахском режиме Россия и Британия вернули себе прежний контроль над страной.

Тем не менее революционная смута с большими эпизодами гражданской войны была не напрасной, она перевернула привычный порядок вещей и подготовила почву для более полной модернизации иранского общества, которая и произошла спустя 40 лет.

Автор: Вячеслав Бакланов.     Дата: 2014-10-08     Просмотров: 4674    

Можно также почитать из рубрики: Традиции и Модерн

Модернизация в теории и практике.

Автор: Вячеслав Бакланов

Автор: Юрий
Дата: 2014-10-08

Помнится Грибоедов, подписал выгодный мир с Персией, но его растерзали за это недовольные фанатики-исламисты. А Иран был для нас более слабым противником, чем Турция.

Автор: Юрий
Дата: 2014-10-08

Да. сам эпиграф про строгих учителей Ирана-Англии и России, вероятно, говорит о суровой колониальной науке для персов. В духе: за одного битого, двух небитых дают.

Автор: Вячеслав Бакланов
Дата: 2014-10-08

За смерть Грибоедова персидский шах расплатился с Николаем I знаменитым индийским алмазом- Шахом, ныне хранящемся в алмазном фонде. Англичане тоже били персов в 19 веке, во время войны 1856-1857. При этом они использовали по-европейски обученных индийских солдат. Индусы для англичан стали самыми испытанными туземными войсками, с помощью которых они завоевывали огромные территории в Азии и Африке. И еще, в конце XIX- начале XX вв. Россия по ряду позиций в Персии, особенно в северной части страны, успешно вытеснила англичан. Это касается таможен, дорог и кредитования самого шаха. Все благодаря кипучей энергии Витте, настоящего русского колониального экспансиониста. Так что в Персии (как впрочем, и в Китае) мы проводили самую настоящую колониальную экономическую политику. Правда, мы еще в 1879 г. помогли создать казачью бригаду из русских казаков, которая впоследствии стала шахской гвардией. Но все равно, в глазах иранцев Россия была колониальным хищником №2, после Британии.

Автор: Александр
Дата: 2014-10-09

Присоединение к России Средней Азии, (за исключением территории проживания казахских племен) а затем создание зоны русского влияния в Северном Иране, как впрочем и в Китае в Маньчжурии было совершенно излишним, хотя и вписывалось в определенную логику экспансионистской политики тогдашних великих Империй, последствия всего этого для России, были в основном негативными, и дорого обошлись стране. В деле создания Великих империй главное, как показывает история вовремя остановиться. С современным Ираном, России стоит наладить тесные взаимовыгодные отношения, это поможет нам отстаивать свои интересы в противостоянии с Западом. Сам Иран давно уже выступает за усиление двусторонних связей между странами. Сотрудничество двух государств как в сфере международной политики, так и экономики может дать Ирану и России очень много.

Автор: Вячеслав Бакланов
Дата: 2014-10-10

Да уж. Российская империя точно расширялась в конце XIX- начала XX вв. не учитывая интересов ее государствообразующего народа-великороссов, которым приходилось тяжко от безумной гонки имперцев стремящихся то там, то здесь урвать кусок чужой территории. Последним таким безумным проектом стал проект «Желтороссии»-территории в Китае (Маньчжурии), в котором по мысли русских империалистов начале XX в. была бы создана русская колония, со смешанным русско-китайско-корейским населением. Хорошо, что тогда мы проиграли войну Японии. Иначе мы бы навечно испортили бы отношения с Китаем. Насчет Ирана, с Александром согласен.

Автор: Иван
Дата: 2014-10-11

Ваше мнение Вячеслав, можно ли Иран в XIX веке считать империей?Если да, то, какого типа?

Автор: Вячеслав Бакланов
Дата: 2014-10-11

Ивану: Иран можно считать государством имперского типа. Ведь империя, это государство с разнородным населением, с различными моделями управления из центра для ее народов. Кроме того, в Персии (до середины 20 века оно так называлось) правил шах, а это автократическая власть. Общество было сословного типа, с разными правами и обязанностями. В то время как для национального государства права для всех (как для богатых и бедных) граждан равные. Думаю, что больше подойдет к Ирану понятие континентальная домодерная (или традиционная) империя, в противовес европейским модерным империям. Я писал об этом типе империй в статье «Два типа империй в период раннего Нового времени» (рубрика Великие империи). При таком типе империи, нет четкого разделения на метрополию и колонии (как в западноевропейских), а зачастую под метрополией можно рассматривать правящую имперскую верхушку (как в Российской, или Османской, империях), при этом не имеющей определенного этнонационального состава. Кроме того, поскольку для Ирана характерно огромная роль шиитского духовенства и религии, то эту империю можно назвать и империей шиитского религиозной конфессии. Напомню, Иран веками противостоял суннитской империи османов. Отсюда можно сформулировать такое определение- персидская континентально-шиитская империя. Что-то вроде так.

Автор: Юрий
Дата: 2014-10-17

Япония в отличие от Ирана создала более успешную империю. Ее никто не превратил в полуколонию. Япония также и Россия успешно перенимала западный опыт. Вероятно более успешно. Если у нас выиграла войну в 1904-1905 гг.

Автор: Вячеслав Бакланов
Дата: 2014-10-17

Российская и Японская империи были империями полупериферийными (по отношению к капиталистическому Западу)и полумодернизированными. Они во многом были похожи. Но главное их отличие от Османской, Китайской Персидской империй, заключалось в том что они выигрывали войны. Как раз в силу своей полумодернизированности.

Автор: Александр
Дата: 2014-10-25

Юрию: В отличие от Японии для России война 1904-1905 гг. на Дальнем Востоке была колониальной, периферийной третьестепенной по своей важности (вспомним, что англичане также проигрывали войны бурам в Африке или американским колонистам в Сев. Америке) в то время как для Японии это была жизненноважная война в которой все ставилось на карту (сродни нашей войне за выход в Европу через Балтику), причем если бы она продолжалась и дальше, исход ее был бы совершенно не очевиден, что хорошо понимали и сами японцы поспешившие заключить мирный договор как можно скорее, причем так, что общественное мнение упрекало собственных генералов и дипломатов в пораженчестве и потере плодов с трудом завоеванной победы.

Автор: Севастополец
Дата: 2016-05-31

Мало кто знает о подвиге русского отряда в 500 человек и при 2 пушках, под командованием полковника Карягина, который сразился с 40000 персидской армией Наследного Принца Аббас-Мирзы в 1805 г. Русские выстроили каре и отбивали друг за другом множество атак. А затем прорвали все неприятельские заслоны и вырвались из окружения, при этом уничтожив у персов пушки. Этот подвиг забыт, а зря. Нам всегда есть, чем гордится.

Поделись с друзьями:

Добавить комментарии:

сумма


; Наверх