О силе и бессилии путинизма.

Автор: Вячеслав Бакланов

Модернизация в теории и практике.

Автор: Вячеслав Бакланов

Царь Димитрий - авантюрист, или многообещающий реформатор на престоле Московии?

Честный и бесчестный человек познаются не только из того, что они делают, но и из того, чего они желают.
Демокрит,
(древнегреческий философ)

Димитрий, или Лжедмитрий, как чаще всего его называют в учебниках и исторической литературе, вошел в историю нашей страны одновременно как великий и удачливый авантюрист и в то же время как обманщик-самозванец. Ему в силу своих выдающихся личных качеств удалось добиться царского престола, и даже некоторое время успешно править страной в самом начале неспокойного и крайне насыщенного трагическими и драматическими событиями - Смутного времени.

Лжедмитрий I - человек- загадка

Споры о том кто был на самом деле человек, названный сначала царевичем, а затем и царем «Димитрием» не утихают с самого появления его на исторической авансцене российской истории, то есть с начала XVII века. И хотя большинство историков и авторов пишущих по тематике Смутного времени склоняются к официальной версии утвердившейся еще во времена Бориса Годунова о том что это был Григорий Отрепьев, но доказать это на сто процентов так никому пока не удалось и вероятно не удастся вовсе.

И хотя эта версия наиболее убедительна, она не отменяет саму загадочность политической фигуры самозванца, человека, безусловно выдающегося, но крайне противоречивого и даже трагичного, как и само Смутное время для нашей страны. Единственное что у подавляющего большинства, даже у иностранных авторов, не вызывает сомнение, так это тот факт, что не будучи сыном Ивана IV, самозванец по происхождению был русским, а не иностранцем и возможно даже из западнорусских земель.

Итак, молодой человек, назвавший себя царевичем Димитрием, после целой цепи удивительных приключений и судьбоносных встреч, как то: службы при дворе бояр Романовых и даже при дворе патриарха Иова; пребывания в христианской секте арианов, затем в Киево-Печерском монастыре; службы в имениях нескольких влиятельных польских магнатов; встреч - аудиенций с самим польским королем Сигизмундом III, и наконец, с самим папой Римским, вступает на территорию России в октябре 1604 г. с добровольно-наемным и полуиноземным войском (там было много поляков, запорожских казаков и т.д.) численностью около 4000 человек, в котором было много искателей приключений и наживы, с целью вернуть себя законный престол занимаемый «узурпатором» Борисом Годуновым. Так началась политическая эпопея Димитрия, единственного в российской истории самозванца сумевшего, в конце концов, занять трон Московского царства.

При достижении поставленной цели Димитрий проявил недюжинный талант политика и дипломата, которым он был наделен в большей степени, чем талантом полководца. А храбрости и находчивости ему было не занимать. Несмотря на первые поражения от численно превосходящих его войск Бориса Годунова, когда его в страхе покинули многие польские авантюристы и честолюбцы, типа будущего его тестя Юрия Мнишка, сам Димитрий, никогда не падал духом. И, обращаясь ко всему обиженному царскими властями народу российскому, вскоре получил еще больше добровольцев и бойцов из разных слоев русского общества, поверивших ему как «природному» и справедливому царю, или как многообещающему претенденту на российский престол.

К нему стекались донские казаки, крестьяне, холопы, приходили дворянские отряды и стрельцы. И вскоре его войско достигло 15 тысяч человек. Впрочем, и это было немного, ведь против него действовала хорошо вооруженная армия в 100 тысяч человек, возглавляемая опытными царскими воеводами. Однако имя «чудесно» спасенного в Угличе в 1591 г. царевича Димитрия отважившегося вернуть себе законный престол производило на сознание россиян характер разорвавшейся бомбы, потрясающих традиционные основы общества уже вступившего в Смутное время.

Уже тогда напуганный вторжением в Россию своего опасного политического противника за царский престол, Борис Годунов всячески постарался дискредитировать самозванца, открыв российскому населению правду о его самозванстве, о том, что так называемый Димитрий не кто иной, как бежавший монах Чудова монастыря Григорий Отрепьев.

Но слухи о положительных действиях самозванца и сам облик легендарного и одновременно трагичного царевича Димитрия, чей образ народная фантазия успела наделить качествами идеального «доброго царя», играли ему на руку и укрепляли его решимость воевать до конца. Впрочем, все кто общался с самозванцем (а это были люди образованные и политически опытные), отмечали эту решимость, наряду с его убежденностью в том, что он и есть высокородный царевич и младший сын грозного царя, последний и единственный законный претендент на царский престол из рода Рюриковичей.

Впоследствии Димитрий, не раз даже находясь на краю гибели, демонстрировал свою убежденность в том, что он и есть настоящий Рюрикович. Последнее составляет еще одну неразрешимую загадку для историков. Как ему политическому авантюристу удалось убедить себя в том, что он и есть спасенный от смерти в Угличе царевич Димитрий? Ведь дети обычно себя помнят с 3-4 лет, а убийство царевича Димитрия, произошло, когда тому было уже 9 лет. Но может быть, это была его очень искусная психологическая игра, причем такого уровня, что не давала окружающим людям и прожженным политикам и мысли усомнится в том, что перед ними хитрый игрок - авантюрист.

Но возможно и другое, что его с детства готовили (по одним данным это было семейство бояр Романовых) к царской роли на престол. Неслучайно когда о нем узнал Годунов, сразу сказал своим боярам, что это их рук дело. Впрочем, справедливости ради стоит сказать, что ему многие не верили как русские, так и поляки.

Так, будучи в Польше и выгодно предлагая польской знати и королю помочь ему деньгами и с войском в обмен на российские территории, польский сейм Димитрия не признал законным русским царевичем и даже отказал в официальной государственной помощи. Пока.

Между поляками и Римом

Впрочем, соблазн в использовании в своих интересах для польского короля и знати был столь велик, что первоначальные доводы с точки зрения морали и приверженности соблюдения мира с Россией были отброшены. В конце концов, король Сигизмунд, будучи ловким политиком, рассудил цинично и трезво. Он не признал его (Димитрия) царского достоинства и поэтому отказался помочь, ему открыто, но милостиво согласился оказать ему военную и финансовую помощь по неофициальным каналам.

Король рассуждал приблизительно так: мы окажем ему (неважно кто он на самом деле) помощь, вдруг ему повезет, и он сможет стать царем. И тогда мы получим не только часть обещанных им российских земель, но и появится возможность объединения (унии) двух государств под эгидой польской (разумеется) короны.

К тому же Димитрий встречаясь с римским папой и тайно принявший католический обряд, всерьез обещал папе привести православных «русских еретиков» в католичество и построить католические костелы. У римско-католической курии, иезуитов все время находившихся рядом с царевичем Димитрием даже дух захватывал от такой открывавшейся перспективы. Вот почему папские послы всячески убеждали польского короля оказать всемерную помощь Димитрию, в его борьбе за «отцовский» престол.

Римский папа и король Речи Посполитой Сигизмунд III рассчитывали на людские силы и ресурсы необъятной России, надеясь с помощью новообращенных в католицизм московитов разгромить могущественную Османскую империю и на освобожденных от турок территориях и землях утвердить истинную католическую веру. С помощью вчерашних «православных варваров» - московитов утвердить мировую католическую империю, в которой и Риму и полякам будет отведены ведущие места.

Вот какие заманчивые проекты и перспективы открывались с утверждением на русском престоле царя Димитрия, ставшего уже в Польше католиком, безумно влюбленного в польскую католичку-Марину Мнишек и во всем обязанного польской короне.

Собственно и польский король, и римская католическая курия видели в Димитрии не просто своего ставленника, а управляемого ими марионетку, с помощью которого они могли реализовать далеко идущие геополитические и даже геоцивилизационные планы. Однако это были именно их представления о несамостоятельности и управляемости человека назвавшегося царевичем Димитрием. Но как показали дальнейшие события, Димитрий сумел не только обмануть многие ожидания поляков и Рима, но и вести собственную «игру» и политику в чрезвычайно непростых для него условиях.

Обреченность дома Годуновых

Потерпев очередное и, причем серьезное поражение от войск Годунова близ города Севска в январе 1605 г. едва не стоившего ему политической карьеры, Димитрий смог укрепится в Путивле, и пробыл там целых три месяца, собирая своих сторонников. Отсюда он рассылал повсюду «прелестные грамоты», в которых обличал чету Годуновых и обещал всем подданным благоденствия и процветания в случае его прихода к власти. Эти прелестные письма и грамоты» падали уже на подготовленную почву.

Годунова ненавидели многие, особенно бояре. Всем недовольным годуновским правлением, сословиям и слоям населения царевич Димитрий обещал то, чего от него хотели: «боярам прежнюю честь, дворянам - милости и отдых от службы, торговым людям - льготы и облегчение от податей, всему народу-милости, покой, «тишину» и благоденствие. Измученные голодом и разорениями люди с восторгом внимали этим посулам» (А.Н. Сахаров).

В Путивле Димитрий, обучаясь философии и словесности, окружив себя польскими духовниками (иезуитами) охотно делился с ними о планах преобразования Московского государства, уже отстававшего от западных стран в области науки техники и просвещения. Там он говорил: «Как только с Божьей помощью стану царем- сейчас заведу школы, чтобы у меня во всем государстве выучились читать и писать; заложу университет в Москве, стану посылать русских в чужие края, а к себе буду приглашать умных и знающих иностранцев, чтобы их примером побудить моих русских учить своих детей всяким наукам и искусствам». Князь Хворостинин, верно служивший Димитрию, также свидетельствует о своем патроне: «Остротой смысла и учением книжным себе давно искусив».

Тема просвещения и образования своего народа, наряду с войной против турок как свидетельствуют окружавшие его современники, были излюбленными в его будущих планах. В то же время, постоянно находясь на передовой и часто рискуя жизнью, Димитрий неоднократно проявлял редкостное по тем временам великодушие. Он, к примеру, простил разоблаченных монахов с ядом присланных по велению царя Бориса его отравить. Простил затем и участников раскрытого во главе с князем Шуйским заговора против него.

В то же время Димитрий проявлял невиданное по московским меркам политическое честолюбие и вместе с тем доступность и демократичность в общении с людьми всех слоев и сословий. Но еще больше он успешно демонстрировал свой дар убеждения, по отношению ко всем: к русским своим подданным, полякам, иезуитам, папе.

При этом ради своей поставленной цели он не стеснялся ни лести, ни нарочитого самоуничижения. Он, например, написал письмо папе Клименту VIII, где он называл себя «самой жалкой овечкой», «покорным слугой его святейшества»; он отрекался от «заблуждения греков», целовал ноги его святейшества, как «ноги самого Христа». Как пишет польский историк Казимир Валишевский: «Он, своим льстивым письмом и на приеме смог очаровать папу, что тот искренне поверил в возможно обращения в истинную веру заблудших в ереси русских».

До нас дошло описание встречи с Димитрием папского нунция графа Рангони, человека умного и наблюдательного: «Хорошо сложенный молодой чел-к, со смуглым цветом лица, с большой бородавкой на носу в уровень с правым глазом; белые длинные кисти обнаруживают благородство происхождения. Говорит очень смело; его походка и манеры действительно носят какой-то величественный характер». После второй встречи, Рангони писал: «Димитрию на вид около 24 лет, он без бороды, одарен живым умом, весьма красноречив, безупречно соблюдает внешние приличия, склонен к изучению словесных наук, чрезвычайно скромен и сдержан».

Вдобавок к его почти европейскому образованию и хорошим манерам, многие русские и польские современники отмечали и такие качества как его физическую силу (гнул подковы), был ловким наездником, храбрым воином и доступным для общения с любыми людьми. Получается весьма положительный портрет человека новоевропейской эпохи, который своим изворотливым умом и редким честолюбием стремился занять трон суровой и церемониальной Московии, где цари вели закрытый от общества образ жизни, но при этом оставаясь правителями чуждыми любой демократичности и европейской образованности. Не говоря о том, что ловкость и физическая сила и вовсе не входили в число обязательных атрибутов и качеств русских царей.

Падение дома Годуновых уже было предопределено, независимо от того, прожил бы еще Борис Годунов или нет. Но умер он вовремя (если конечно считать что его смерть в мае 1605 г. была естественной) и не испытал на себе позорного и трагичного конца своего правления, так как испытали его ближайшие родственники, жена и сын Федор. После внезапной смерти Бориса Годунова, новым царем стал его сын Федор, которого успел назначить в качестве своего преемника Борис. Но малолетний Федор (ему было тогда всего 16 лет) не обладал и не мог обладать многими политическими талантами и многолетним опытом царедворца, как его, безусловно выдающийся отец.

Ненавидевшие Годуновых бояре решили, что их час настал. Войска ранее верные присяге Годунову, переходили на сторону Димитрия, который так и не смог одержать решительной победы. Но ему это и не потребовалось. Брожение умов в столице и в других городах российских подготавливало для него благодатную почву. Его ореол природного и единственно законного в глазах народа царя, мученика от годуновских козней, вместе с его обаянием и щедрыми обещаниями сделали свое дело.

В Москве вскоре появились его гонцы, которые чтением его грамот произвели настоящий фурор и подтолкнули народ к восстанию против Годуновых. В ходе этого восстания, умело руководимого московскими боярами, были убиты мать царя и зверски убит Федор Годунов. Дмитрию же донесли, что Годуновы покончили с собой, приняв яд. Прилюдно Дмитрий сожалел об их смерти и обещал помиловать всех оставшихся в живых из их родни (Н.И. Костомаров). Арестован был и патриарх Иов, немало способствовавший приходу к власти Бориса Годунова. На его место вскоре был возведен архиепископ рязанский, грек Игнатий, который вскоре и венчал Димитрия на царство. Таким образом въезд в Москву был открыт для того кто своим рождением должен был по праву занимать царский престол.

Политический триумф царя Димитрия

Его (Димитрия) въезд в столицу 20 июня 1605 г. происходил очень величественно и даже театрально, при звоне колоколов всех церквей и многотысячных толпах славивших нового царя. Народ при виде Димитрия падал на колени и кричал «Дай тебе Бог здоровья! Ты наш солнышко праведное! Димитрий в ответ- Дай Бог вам тоже здоровья и благополучия. Встаньте и молитесь за меня! Остановившись напротив церкви Василия Блаженного, он встал на колени и снял шапку и, заплакав, благодарил бога, что дал ему снова увидеть родную Москву и ее народ. Москвичи, видя слезы обожаемого ими царя, принялись также рыдать. Димитрий немедленно помиловал В. Шуйского, который во всеуслышание объявил его самозванцем и Григорием Отрепьевым.

Дальше состоялась и долгожданная встреча Димитрия со своей матерью, инокиней Марфой. Эта встреча была также принародной и мать с радостью признала своего сына. Многие историки в этом усматривают аморальность поступка бывшей царицы Марии, инокини Марфы, которая из-за желания приобщиться к славе и почету матери царя, пошла на заведомый обман. Как бы там не было и царственный сын, и его мать сыграли свои роли очень искусно. Димитрий как послушный сын шел пешком и без шапки рядом с каретой, на которой ехала его мать, обретшая, наконец, казалось бы, навсегда потерянного для нее сына. Народ от умиления их долгожданной встречи плакал. Картина возвращения Димитрия (в не зависимости кто он был на самом деле) в Москву, что и говорить была в лучших традициях русского политического эпоса.

За возвращением Димитрия в Москву последовало и торжественное венчание его на царство, произведенное новым патриархом Игнатием в июле 1605 г. Казалось бы, цель достигнута. Но дальше ситуация с каждым днем осложнялась. Требовалось доставить в Москву его возлюбленную Марину Мнишек и заплатить по счетам всем многочисленным кредиторам. Кому деньгами, но все больше российскими территориями. Своему будущему тестю Юрию Мнишеку Димитрий обещал 1 миллион злотых, а своей будущей супруге передать в качестве своеобразного приданного в полную собственность Новгород и Псков. Польскому королю Димитрий обещал передать Смоленские и Северские земли, а также помочь с войском занять тому шведский престол.

Римскому папе Димитрием неоднократно было обещано ввести в стране католицизм, построить костелы и наводнить страну иезуитами. Кроме этого следовало расплатиться с польскими кредиторами и иностранными наемниками, воевавшими за него. Но это было далеко не все. Его новые подданные с нетерпением ожидали выполнение им своих обязательств. Оказалось, что легче было воцариться на престоле могущественной страны, чем выпутаться из сложного положения удовлетворить все запросы и обещания (всем «сестрам по серьгам»), как внешнеполитические, так и внутриполитические. Тем не менее, и здесь Димитрий проявил свои удивительные способности и таланты прирожденного политика.

Но главное, он сразу же продемонстрировал, что не является больше игрушкой в чужих руках и поставил во главу угла приоритет национально-государственных интересов, по отношению к запросам Польши и Рима. Тем не менее, будучи пылко влюблен в Марину Мнишек и надеясь на ее скорый приезд в Москву к нему, Димитрий вновь повел тонкую игру с польской короной, чтобы выезду Марины в Москву не было препятствий. Димитрий снова стал лишь обещать Сигизмунду помощь, но на этот раз лишь денежную и при этом деликатно обходил стороной напоминания польского короля об обещанных территориальных уступках Польше со стороны России.

Послу Сигизмунду Корвин-Гонсевскому Димитрий напрямик заявил, что отдача русских земель решительно невозможна, и вместо земель обещал дружбу и готов был помочь деньгами королю. Более того, Димитрий стал поднимать вопрос о необходимости возвращения Польшей всех западнорусских земель назад России. Польский король был в бешенстве от наглости Димитрия и о фактическом отказе им обещанных русских земель польской короне.

То же самое повторилось и в отношении папского престола. Новому папе Павлу V Димитрий регулярно отправлял льстивые и ничего не значившие письма с пустыми обещаниями, в ответ на его напоминания о выполнении его обещания о окатоличивании России. Но Димитрий и не думал выполнять это обещание, как и обещание, построить костелы, понимая, что это будет стоить ему и престола и головы в стране оплота мирового православия.

Более того, на этот раз Димитрий выступил искусным манипулятором в отношении и польского короля и римского папы. Димитрий потчуя Рим пустыми обещаниями, пытался использовать папу, чтобы тот надавил на Сигизмунда. Для чего? Чтобы польский король признал Димитрия ни больше, ни меньше как императором российским, а также, чтобы и папа и король согласились бы на причащение Марины по православному обряду.

Он даже отказывался взять грамоты от Сигизмунда, где он не значился как император. Сигизмунд прямо намекал ему, кому он обязан своей московской короной - королю и польскому народу. Но в ответном послании Сигизмунду, Димитрий заметил: «Мы не можем удовольствоваться ни титулом княжеским, ни господарским, ни царским, потому что мы император в своих обширных государствах и пользуемся этим титулом не на словах только, как другие, но на самом деле, ибо никакие монархи, ни ассирийские, ни мидийские, ни цезари римские, не имели на него большего, чем мы, права. Нам нет равного в полночных краях касательно власти: кроме бога и нас, здесь никто не повелевает». Это была неслыханная дерзость московита, еще недавно казалось бывшего таким ручным и зависимым от своих иноземных покровителей.

Но Димитрий строил далеко идущие планы. А именно, он проникся идеей организации военного союза европейских государств против Османской империи, в составе германской Империи, Венеции, Франции, Речи Посполитой и России. Будучи очень честолюбивым, Димитрий видел себя в недалеком будущем в качестве самого знаменитого христианского монарха Европы, которому по плечу свершение великих геополитических замыслов, как то- полное изгнание из Европы турок. Вот почему ему понадобились сохранение дружественных отношений с польской короной и особенно с влиятельным в Европе Римом. А выполнять ранее данные им обещания он и не думал. Вот почему и в Ватикане и в Польше постепенно разочаровывались в Димитрии.

Однако последнему вплоть до своего свержения (через 11 месяцев после воцарения) удавалось умело водить за нос своих католических «друзей». Также не торопился он и отдавать деньги польским кредиторам. Зато Юрий Мнишек сполна (исключительно в финансовой форме) получил от своего будущего зятя. Мнишек, вероятно, был единственным не обманутым русским царем иноземец. Причина проста, авантюрный склад характера и «игрока» по жизни Димитрия оказался легко уязвим перед его романтическим увлечением прекрасной полячкой. Однако именно это увлечение как оказалось и явилось для Димитрия роковым, и стоила ему жизни.

Но если обманывать внешнеполитических игроков для Димитрия стало делом легким и привычным, то обмануть повышенные ожидания своих подданных, было опасно. Впрочем, самоназванный царь готовил себя именно к реформаторской деятельности в стране исключительно традиционной. И собирался править не просто долго, но главное совсем по другому, надеясь прославить себя в тех областях, в которых до него никто из русских государей еще не мог и даже не пытался. Нестандартность его политической фигуры проявилось во всем, даже по отношению к политическим противникам.

«Есть два способа царствовать,-говорил Димитрий,- милосердием и щедростью или суровостью и казнями; я избрал первый способ; я дал Богу обет не проливать крови подданных и исполню его». Это обещание он свое сдержал, порой беспечно прощал и миловал своих непримиримых противников. Жестокость типичная при дворе многих русских государей вообще была ему не свойственна.

Желая понравиться служилому дворянству и опереться на него, Димитрий в 2 раза увеличил им жалование и во столько раз земельные наделы. Правда, для этого пришлось пожертвовать частью монастырских земель. Димитрий, как и впоследствии Петр I негативно относился к монастырской жизни и, особенно к монахам, считая последних тунеядцами и лицемерами.

Относясь достаточно индифферентно к конфессиональным различиям между православием и католицизмом, Димитрий не раз говорил москвичам, что и католики, и православные- все христиане. Вот почему он провозгласил свободу всех христианских конфессий. Но он уважал православное большинство своей страны, поэтому наотрез отказался построить костелы и допустить в Россию иезуитов.

Новый царь повел решительную борьбу с взяточничеством. Всем должностным лицам было удвоено денежное содержание и строго запрещено брать «посулы и поминки». Для того чтобы не было злоупотреблений при сборе податей, Димитрий разрешил крестьянским обществам самим доставлять подати в казну. Тем самым лишив возможность для приказных чиновников наживаться на прикарманивании для себя части налоговых средств.

Димитрий побывав за границей смог по достоинству оценить преимущества более свободной европейской жизни. Некоторые из нововведений явно были продиктованы стремлением европеизировать страну. Так он все судопроизводство объявил бесплатным, рассчитывая на развитие правовой культуры в России.

Всем жителям страны предоставлено было право свободно заниматься промыслами и торговлей; всякие препятствия к свободному выезду из государства ликвидировались. «Я не хочу никого стеснять,- говорил Димитрий, - пусть мои владения будут во всем свободны. Я обогащу свободною торговлею свое государство. Пусть везде разнесется добрая слава о моем царствовании и моем государстве». Англичане в то время признавали, что Димитрий был первый государь в Европе, который сделал свое государство в такой степени свободным (С.М. Соловьев). Он, являясь сторонником широкого народного и светского образования, при этом всячески уговаривал бояр посылать своих детей за границу - учиться.

Ему удалось преобразовать Боярскую думу, которую он на европейский манер назвал сенатом. Каждый день в сенате он сам лично разбирал дела и удивлял думных людей быстротой и сообразительностью по решению сложных и запутанных государственных дел. Димитрий стремился лично вникать и оперативно реагировать на народные нужды. 2 раза в неделю, в среду и в субботу, он лично принимал челобитные (жалобы), и всем представлялась редкая возможность объясниться с самим царем (неслыханное дело!) по своим делам.

Специальным указом новый царь оставил на свободе тех крестьян, которые убежали от своих господ в голодные годы. И это было необычно для страны где свободы не соблюдались. В то же время он сохранил крепостное право и «урочные годы», т.е. сыск беглых крестьян (А.Н. Сахаров). Людей привыкших к пышным и торжественным царским церемониалам поражала его нежелание соблюдать нудный дворцовый этикет, всюду ездить без охраны, привычка запросто заговаривать на улице с купцами, мастеровыми об их делах.

Необычно проходила и трапеза нового царя. Обязательно с музыкой, за беседой в присутствии интересных людей. Неприятным открытием для ревнителей старины было то, что Димитрий не молился перед трапезой, не ложился спать после еды, а отправлялся по своим делам. Любил он западноевропейскую роскошь и искусство и с увлечением перестраивал свои дворцы по западноевропейскому стандарту. Со всей страстью бывалого воина он отдавался военным учениям. «…сам испытывал новые пушки, стрелял из них чрезвычайно метко; сам учил ратных людей, в примерных приступах к земляным крепостям лез в толпе на валы, несмотря на то что его иногда палками сшибали с ног, давили» (С. Соловьев).

Поразительно как во многом царь Димитрий напоминает нам Петра I, в его молодые годы. Та же восприимчивость к европейской новизне, доступность и демократичность в общении с людьми, стремление к реформам и любовь к военным занятиям. Единственное что не наблюдалось у Димитрия, так это петровской жестокости.

Однако числились за ним и явно негативные стороны его характера, такие как: лживость, стремление к роскоши и даже мотовство. И наконец, распутство. По свидетельству современников приближенные бояре Петр Басманов и Михаил Молчанов тайно выполняли при нем роль сводников. Они водили к нему знатных женщин и даже монахинь потаенными ходами во дворец. Была у него любовная связь с дочерью Годунова, красавицей Ксенией, которую он отправил в монастырь, как только узнал о скором приезде Марины Мнишек.

Но стоит заметить, что это были грехи молодого человека (приблизительно лет 24-х от роду) и, причем еще неженатого. А кто из великих политиков, в свое время не предавался кутежам и даже распутству? Великие государственные деятели России, такие как Петр I Екатерина II, тоже могли бы оказаться в этом списке. В конце концов, что может быть хуже для страны? Сластолюбивое распутство правителя по причине его молодости, или его вечная страсть к душегубству и тирании? Ясно, что второе много хуже.

Важно отметить следующее. Многое из его речей и поступков неприятно шокировало привычных к традиционному и замкнутому образу жизни людей, особенно из числа духовенства и боярской аристократии. Россия в то время явно была еще не готова к подобным переменам. Все эти греховные нововведения с латинского и протестантского Запада воспринимались как угроза привычного образа жизни общества. Царь Димитрий, личностно намного опережал оставшуюся жить по традиционному средневековому укладу страну, которую он возглавлял.

Трагедия "Димитрия-Лжедмитрия"

Ошибка многих неудачливых реформаторов как раз и заключалось в том, что они явно пытались пришпоривать коней там, где следовало бы их попридержать и умерить шаг. Затем медленно и постепенно его наращивая, но всякий раз сообразуясь с поведением того кто тебя везет. Ни терпения, ни умеренности в делах и поступках Димитрия как раз и не наблюдалось. Причем явно не хватало ему неизбежной в его правлении осторожности.

Многих раздражало в его поведении то, что он держал вокруг себя польских советников, иноземных наемных телохранителей. Постоянные связи с поляками пятнали репутацию в целом демократичного царя, стремившегося к переменам, но не учитывающим устойчивость традиционных установок в своем обществе. Молодость его подводила.

Однако самым раздражающим фактором для москвичей, явился приезд на коронацию и свадьбу с Димитрием Марины Мнишек, с огромной свыше 2000 человек свитой. Неприятно поразило то, что царь женится не на православной, которую еще при этом короновали русской царицей раньше брачного венчания. Случай из ряда вон выходящий! Хотя свадьба с Димитрия с Мнишек происходила по православному обряду, Марина отказалась принять причастие из рук православного священника. Отвергла она и русское платье, а затем лихо отплясывала во время свадебного торжества со многими польскими кавалерами, будучи одетой во французские платья. Рядом с ней веселился и Димитрий, также одевшийся по-польски.

На улицах Москвы поляки вели себя совсем не как гости суровой и православной страны. Ссоры перерастали в драки, в том числе и со смертельным исходом. Ситуация была достаточно наэлектризована.

Заговор против Димитрия возник давно. Один был раскрыт, но заговорщики были вскоре отпущены на свободу. Возник второй заговор во главе прежних заговорщиков, бояр Шуйского и Голицына. И все же Димитрий пользовался народной любовью и поддержкой простых людей. Заговорщики это учли и решили направить мятеж не против царя, а против его польских гостей. Чтобы затем, под шумок расправиться с ненавистным для них Димитрием.

И ближайшие русские сподвижники (П. Басманов) и иностранные советники, все как один передавали Димитрию о готовящемся против него заговоре. Однако раздраженный царь от них только отмахивался и даже наказал доносчиков. Самонадеянная беспечность!

Мятеж начался внезапно и с обманом москвичей. С криком «Поляки бьют государя!» толпы мятежников ворвались в Кремль. Горожане по всему городу бросились громить дворы с поляками. А вооруженные дворяне численностью в 200 человек под предводительством бояр ворвались в покои самого царя, с конкретной целью его убийства. Стрельцы, напуганные угрозой расправиться с их семьями и детьми, отступили.

Димитрий пытается сначала сражаться, затем бежит и прыгает в окно, пытаясь спастись от преследователей. При этом падает на землю с высоты в 15 сажен на двор, вывихнул себе ногу и разбил грудь. Преследователи настигают и допрашивают со словами: «Кто ты? Кто твой отец? Откуда ты родом? Мучаясь от боли Димитрий продолжал твердить: я царь ваш, сын Ивана Васильевича. Спросите обо мне мою мать или выведите меня на Лобное место и дайте объяснится. Заговорщики спешат, им не до расследования.

Вбежавший князь Иван Голицын сразу всем объявляет, что он якобы был у царицы Марфы, спрашивал ее: она ему ответила, что ее настоящий сын убит в Угличе, а это самозванец. Услышав это, заговорщики закричали: «Бей его! Руби его!». Сначала в него разряжают весь заряд мушкета (это сделал боярский сын Григорий Валуев), затем рубят саблями. Смерть.

Вскоре изрубленный труп Димитрия волочат на площадь и перед Вознесенским монастырем заговорщики еще раз спрашивают Марфу: Признаешь ли его за своего сына? Ее ответ однозначный. Не мой это сын! Дальше обычная и ужасная картина в средневековом духе. Его труп 3 дня лежит на Красной площади вместе с его сподвижником П. Басмановым, над трупом всячески надругаются, включая даже женщин. Наконец его закапывают. Но вдруг пошли слухи о том, что покойник по ночам встает. Его откапывают. Для чего? Чтобы уж наверняка «с ним покончить». Труп сжигают, затем смешивают пепел с порохом, заряжают в пушку и выстреливают из нее в сторону Польши. Теперь все кончено…

Всенародная любовь закончилась необъяснимой ненавистью. Москвичи с трудом привыкают к мысли, что верили в самозванца и обманщика. Новые власти во главе с вчерашним заговорщиком, а ныне царем Василием Шуйским так им объясняют.

Итак, царь Димитрий недолго правивший государством, показал себя многообещающим реформатором Нового времени. Он в силу личностной смелости и энергии, будучи весьма образованным и восприимчивым человеком, нацеленный на перемены в стране по общеевропейскому образцу, мог бы реализовать на столетие раньше то, что впоследствии удалось сделать Петру I. Да, он был авантюристом. Ну и что. «Но ведь без доли авантюризма нельзя достичь успеха в политике. Просто того авантюриста, который добился успеха, мы обычно называем выдающимся политиком» (В.Б. Кобрин).

Историк В. Кобрин глубоко прав, считая что Димитрий был бы хорошим шансом для страны того времени. Этим шансом страна тогда не воспользовалась, по причине неготовности ее общества к крутой ломке традиционного уклада жизни. Димитрий слишком не соответствовал своей стране- чопорной и суровой одновременно, стране медлительной и глубоко консервативной, где отношение к иностранцам было в гремучей смеси ненависти и боязни, стране социально апатичной к переменам Нового времени. Наконец, слишком мало ему было отпущено времени (11 месяцев!), чтобы реализовать задуманные планы. Все слишком. Пока. Время еще не пришло.

Автор: Вячеслав Бакланов.     Дата: 2014-09-23     Просмотров: 8224    

Можно также почитать из рубрики: Московская Русь - Россия

Автор: Юрий
Дата: 2014-09-23

Отличная статья, с увлекательным сюжетом. Я для себя «открыл другого Лжедмитрия». У нас давно сформировалось мнение что Лжедмитрий- предатель, враг России. Привел с собой польских оккупантов и хотел разбазарить богатства России. А все не так, оказывается однозначно. Во всяком случае, Димитрий для меня государственный деятель, стремившийся не только к своей личной славе, но и к славе и могуществу России. Жаль, что его тогда убили. Такой мог бы стать правитель!?

Автор: Макс
Дата: 2014-09-25

Его, Лжедмитрия ошибка была в том, что он связался с католиками-поляками, а их всегда ненавидели в России. И наконец, Марина Мнишек, польская блядь, подстилка. Спала со всеми из-за того чтобы быть царицей. Короче запудрила парню (Лжедмитрию) мозги и он повелся на нее. Задаривал ее бриллиантами- «лучшими друзьями девушек». Короче сгубила его любовь к этой католической потаскухе. Ну, вполне житейская история.

Автор: Андрей
Дата: 2014-09-25

Макс, крайне интересный перессказ в вашем изложении)

Автор: Михаил
Дата: 2014-09-25

По фактам любовной истории любвеобильной Марины все верно. Мария Мнишек сначала стала женой Лжедмитрия 1. Потом когда его убили, она бежала к отцу. Но ее снова потянуло в Россию, к новому претенденту на престол Лжедмитрию 2 и тайно с ним обвенчалась во второй раз с одним как бы мужем. Но Лжедмитрий 2 был неудачлив, она от него уехала, будучи уже беременной. Затем она находит настоящего рыцаря-Ивана Заруцкого, с кем и стала жить вместе с сыном Иваном («Ворёнок»), называвшимся Дмитриевичем. Она уговорила Заруцкого объявить ее сына наследником престола. Заруцкий и его окружение присягнули малолетнему самозванцу в возрасте 3 лет. Но тут Марины с ее сыном опасность стал представлять князь Дмитрий Пожарский, желавший покончить с самозванцами и польскими оккупантами. Тогда Мария подослала убийц к Пожарскому, но убийц схватили и разоблачили. Она бежала с Заруцким сначала в Рязанскую землю, потом в Астрахань, наконец, вверх по Яику (Уралу). У Медвежьего острова она настигнута московскими стрельцами и, скованная, вместе с сыном и Заруцким, доставлена в Москву (июль 1614 г.). Здесь трёхлетний её сын был повешен, ее нового любовника-Заруцкого посадили на кол, а она, по сообщениям русских послов польскому правительству, «умерла с тоски по своей воле»; по другим источникам, она повешена или утоплена. Перед смертью прокляла род Романовых, предсказав, что ни один из Романовых никогда не умрёт своей смертью и что убийства, будут продолжаться, пока все Романовы не погибнут. Вот такая была Марина любительница приключений и сладкой жизни.

Автор: Иван
Дата: 2014-09-26

Складывается впечатление, что Лжедмитрий был атеистом и совсем не верил в бога. Или ему вообще было все равно? Но это было возможно где-нибудь в Европе, но точно не в России. Но его самозванство точно не было плюсом для страны. Отсюда такая нестабильность того времени.

Автор: Иван
Дата: 2014-09-26

И потом, он больше обещал чем делал.

Автор: Макс
Дата: 2014-09-26

Пан Лжедмитрий № II, он же «тушинский вор», вообще был непонятно кто. То ли поляк, то ли русский, то ли еврей из выкрестов. Но вероятнее западнорусский. По описаниям явно проигрывал Лжедмитрию № I в уме, учтивости и был к тому же мастер сквернословить. Мужлан короче. Даже шлюшка Маринка уж, на что охочая до перспективных мужиков и то долго ломалась. Но сдалась, видно он ей много чего посулил (?), и стала с ним жить в браке. Даже родила от него. Но вновь возродившийся ее муж оказался на сей раз оказался слабаком, так и не смог взять столицу, разбив лагерь возле нее. Классическое двоецарствие: один царь-Василий Шуйский с правительством в Москве сидит, другой- Димитрий № 2 в Тушино и тоже со своим правительством и Боярской Думой. Воевали друг с другом, причем оба неудачно. Да и были марионетками у своих приближенных. Но один сидел пока в Москве, а другой в деревне Тушино. Вот почему от Лжедмитрия стали отворачиваться и в открытую уезжать многие как поляки, так и русские. Наконец даже чудная Маринка его бросила с новым фартовым мужиком- атаманом Ванькой Заруцким. Наш Дима II совсем растерялся бедолага, загулял и запил. Ну, судьба у него сложилась и вовсе печально. На охоте его крещеный татарин Урусов порешил. Говорят, отомстил ему за свое прошлое телесное наказание от марионеточного царька.

Автор: Иван
Дата: 2014-09-26

Бояре и церковь- вот главные противники Лжедмитрия I.

Автор: Михаил
Дата: 2014-09-27

Смутное время- время авантюристов. Например, был такой Иван Болотников. Был сначала холопом у князя Телятевского, затем бежал от него на Дон к казакам. Попал в плен к крымским татарам, те продали его в рабство к туркам. Затем его определили на галеры, на весла. Наконец его галера была взята на абордаж немецким кораблем, и все невольники были освобождены. Он попадает в Венецию и живет там. Язык выучил, но немецкий, потому что среди немцев жил. Надоело, поехал в Россию. Там как раз все весело, только что убили Лжедмитрия. Но в Польше он узнает о новом, «чудесно спасенном Димитрии». Но его привлек другой авантюрист и самозванец- Михаил Молчанов. Он участвовал в убийстве сына Бориса Годунова царе Федоре, затем служил Лжедмитрию 1. И как говорят, поставлял ему девиц для тайных оргий. После убийства Лжедмитрия бежал в Польшу, к Мнишкам. И там додумался выдать себя, за неоднократно спасенного Димитрия. Болотников поверил самозванцу Молчанову и обещал ему служить. Тот одарил его войском и деньгами. С этого времени начинается «народно-освободительная борьба» (как это говорилось в советских учебниках) под руководством Ивана Болотникова. Но на самом деле он служил самозванцу-Михаилу Молчанову. В войске Болотникова были крестьяне, холопы, казаки и даже пришел к нему служить воеводой его бывший хозяин- князь Телятевский. Болотников неоднократно побеждал царские войска Шуйского, но после измены дворянского ополчения во главе с Ляпуновым сам попал в окружение под Тулой. Когда у осажденных закончились припасы, Шуйский пообещал всем кто сложит оружие сохранить жизнь. Но слово не сдержал, Болотникова вместе с его подельниками казнил, предварительно выколов ему глаза.

Автор: Вячеслав Бакланов
Дата: 2014-09-27

Да, самозванцев в Смутное время было просто пруд пруди. Кроме первых двух Лжедмитриев, провокатора-интригана и самозванца Молчанова, странного персонажа Илейки Муромца, выдававший себя за внука Ивана Грозного- «царевича Петра Федоровича» было еще и много других и вовсе маргинальных субъектов. Самозванство стало своеобразным «ответом» русского народа на «выборных царей» в России, начиная с Бориса Годунова в 1598 г. Выборный царь изначально проигрывал «природному царю», которому многое прощалось (например, Ивану Грозному его бессудные казни). Самозванство также было проявлением политики одних социальных групп, которые выдвигали своего ставленника отвечавшего их представлениям об идеальном царе. Только Лжедмитрию I как самому талантливому из них всех удалось в какой-то степени быть выразителем разнообразных общественных групп. Будучи политическим орудием в руках бояр (против Годунова), Польши и Рима Лжедмитрий, как только стал царем Димитрием, сразу же стал навязывать своим бывшим «патронам» свою политику, пытаясь одновременно быть выразителем всего общества. Но обман не лучшее средство для достижения общенационального мира. Впрочем, если ему удалось бы привлечь на свою сторону княжеско-боярскую элиту, продолжал бы царствовать очень долго. Но это из категории-«если бы». В целом Смутное время помимо трагизма самого периода поражает как обилием пассионарных личностей, так и целым букетом не реализовавшихся возможностей для страны. Наступившая стабильность после такой передряги не всем, пришлось, по душе. Страна свернулась, ушла в себя, закуклилась, прервав связи с европейцами, которых теперь боялись пуще огня. Забавно, но князю Ивану Хворостинину, служившему при царе Димитрии 1 такая жизнь опостылела настолько, что он запил, перестал соблюдать православные посты и ударился в «латинство». Князь жаловался, что «в Москве людей нет: весь люд глупой, жить не с кем. Сеют землю рожью, а живут ложью» (В.Ключевский). С князем боролись, как могли: увещевали, дважды отправляли в ссылку в монастырь…Усмирили. Вот настоящий образец тоталитарного традиционализма.

Автор: Алексей
Дата: 2014-09-28

Что можно сказать о человеке, который пришел в Россию со злейшими врагами ее- поляками, за спиной которых стоял Римско-католический престол? Ясно одно, Лжедмитрий обманом захватил престол и покушался на те святыни на которых стояла и будет стоять Наша Земля. Кто этого не понимает, тот льет вольно или невольно на мельницу наших врагов. В Библии правильно сказано: бойся «теплых», а не «холодных и горячих». То есть сладкоголосых обманщиков. Таким и был Лжедмитрий, который заслуженно получил от потомков приставку к своему имени - «Лже».

Автор: Юрий
Дата: 2014-09-28

Браво Алексей! В вашем лице все российские консерваторы во главе с патриархом Кириллом осудили «вора» и «расстригу» Гришку Отрепьева и всех «лжедмитриев» заодно с ним. И все-таки хорошо, что сегодня не XVII век!

Автор: Алексей
Дата: 2014-09-28

Юрию: Не надо перегибать мои слова и выдумывать что-то от себя. Речь шла о конкретном человеке, случайно попавшим во власть и заслуженно пользующегося дурной славой у потомков. Я думаю, что молодое поколение должно воспитываться на достойных примерах, совсем не таких как ваш ЛЖЕдмитрий.

Автор: Юрий
Дата: 2014-09-28

Алексею: Вячеслав прав, когда писал, что не следует давать однозначные черно-белые оценки сложным историческим личностям и эпохам. В науке это делать нельзя. К тому же потомки судят не по тому, что им говорят ученые, а потому как им вдалбливает телевизор. А там это делается по указке сверху. Это касается и Смутного времени. Там сам черт не разберет, кто был прав. Я согласен с автором статьи в том, что страна много упустила с гибелью царя Димитрия-Лжедмитрия. Впрочем, я вам доказывать это не собираюсь. Знаю что это бесполезно.

Автор: Алексей
Дата: 2014-09-28

Юрию: А вы попробуйте мне доказать что лгать всему народу и распутничать это в порядке вещей для правителя?

Автор: Эдуард
Дата: 2014-09-30

При Борисе Годунове, была предпринята едва ли не первая попытка некоторой европеизации России и одновременно окончательно оформилось крепостное право – как раз в тот период, когда в Европе подходил к концу период феодализма. Последовавшее затем Смутное время наглядно продемонстрировало всю порочность политического и социального устройства страны азиатского деспотизма. Рабы-бояре и рабы-крестьяне предавали и страну, и власть, раболепно преклоняли колени перед самозванцами и иностранцами. Лжедмитрий, как верно показал автор статьи, был далеко не самым худшим правителем, пытался внедрить на святой Руси зарубежные обычаи и нравы. За что и был убит, а его тело варварски обезобразили и сожгли. Что доказывает одно, Россия была страной исключительно варварской и деспотичной.

Автор: Алексей
Дата: 2014-10-01

Эдуарду: Вы как я вижу, совсем Россию не любите. Это только иностранцы любили нам указывать, что мы рабская и деспотичная страна.

Автор: Александр
Дата: 2014-10-01

Это же надо, как Вячеслав талантливо написал о таком мошеннике и проходимце, что даже к концу статьи начинаешь испытывать к нему некую симпатию. На самом деле личность была мерзлейшая: авантюрист, предатель и негодяй. Абсолютно правильно поступили с ним в конце его недолгого царствования: затолкали в пушку и выстрелили в сторону Польши. Вот туда ему и дорога. Более отвратильной личности (не грозной, а именно отвратительной) в русской истории сложно себе представить, мошенник, он и на царском престоле мошенником остается, а что не тиран, так то заслуга не большая. Странная у автора логика, молодец был, что не убийца, а что ему предателю и иностранному ставленнику вообще нечего было делать на русском престоле, об этом молчок. Впрочем, вся его политика и была, по сути, политикой уголовника самого мелкого пошиба: деньги и бабы, вот что его интересовало в большей степени чем все остальное, о государственных интересах я вообще молчу. Комментарии, как говорится, в таких случаях излишни. На Петра явно не тянет, да и для Катерины маловат тоже.

Автор: Александр
Дата: 2014-10-02

Кстати, Вячеслав, а как с самозванцами в других местах было ( Европе или Азии) или это только чисто российский феномен? Вроде, как я помню, что то подобное на Западе с Римскими папами происходило в раннем Средневековье, или я не прав? Хотя, наверное, как у нас в Смуту вряд ли где до такой степени доходило...

Автор: Вячеслав Бакланов
Дата: 2014-10-02

Александру: 1)То, что Лжедмитрий «был мерзлейшая личность: авантюрист, предатель и негодяй…», надо доказывать, а не утверждать, лишь давая негативные оценки его деятельности. Здесь «комментарии», не бывают «излишними». Если внимательно прочесть все исторические факты про деятельность Лжедмитрия I, то не сложится впечатление о том, что он был «предатель», или даже марионетка Польши и Рима. Вот почему я написал о нем. В истории есть много устоявшихся мифов и стереотипов, которых следует время от времени опровергать, если стремишься к объективности, а не к политической пропаганде. Да, он не герой, типа Ивана III, но уж вовсе не «мошенник мелкого пошиба». Таким, скорее всего, был Лжедмитрий II. Да, он был обманщиком-авантюристом, но (процитирую себя): «Он в силу личностной смелости и энергии, будучи весьма образованным и восприимчивым человеком, нацеленный на перемены в стране по общеевропейскому образцу, мог бы реализовать на столетие раньше то, что впоследствии удалось сделать Петру I». 2) Я не специалист по самозванцам в других странах. Верно то, что имя особы царского рода в глазах русского народа носило более высокий сакральный смысл и имело более высокий (богоданный) статус, чем у других народов. Вот почему имя царя освящало всякий крупный бунт против власти. Неслучайно многие предводители восстаний (Болотников, Пугачев) против государственного порядка прикрывались святостью звания особ из царского дома.

Автор: Александр
Дата: 2014-10-02

Вячеслав, что этот засланный казачек изначально был ангажирован врагами русского государства и был польской марионеткой, это общеизвестные факты и кое-что из этого ( далеко не полностью) ты и сам приводишь в своей статье. Делать из него будущего великого реформатора это твое право. Но думаю, его дальнейшее пребывание на русском престоле не сулило бы стране ничего хорошего, потеря суверенитета, сдача национальных интересов и разрастание хаоса при таком правителе это был вопрос самого ближайшего времени, хотя свой немалый вклад в это дело он и так внес. Но к сожалению, одного пребывания сего персонажа на Западе и прохождение им там соответствующей "школы" для некоторых наших историков уже повод для восхищения этой странной и не сомненно одиозной личностью. Видимо следующим потенциальным великим реформатором уже теперь советской системы у тебя будет генерал Власов, по твоей логике, тоже был очень перспективный кадр, я думаю скоро появиться твоя статья и на эту тему под примерным названием " Генерал Власов кто он обычный предатель или потенциальный реформатор советской системы". Будем ждать выхода.

Автор: Вячеслав Бакланов
Дата: 2014-10-02

Ну с Власовым все яснее. Он мне не симпатичен и неинтересен. А вот нарисованный сценарий возможного правления Лжедмитрия, это твоя перспектива. У меня другая точка зрения. Кстати, посмотри мой сегодняшний комментарий по аспирантуре в статье "О природе коррупции в среде образованного класса России" (рубрика Власть и общество).

Автор: Александр
Дата: 2014-10-03

Лжедмитрий только одним своим появлением принес российскому народу неисчеслимы бедствия, так что жалеть о его так и не состоявшемся правлении не приходится...

Автор: Алексей
Дата: 2014-10-05

Александру: Наконец-то был вами поддержан по оценке Лжедмитрия-беса русской истории. А то у меня складывалось впечатление, что помутнение от таких «личностей» стало у русских всеобщим. Лжедмитрий из той породы «лжереформаторов», что и Гайдар со всей гоп-и гей-компанией в наше время. Слава Богу, во время этого засранца изничтожили.

Автор: Алексей
Дата: 2014-10-05

Смутное время началось с того, что на русском престоле воссели католики-в 1605 г. Лжедмитрий, затем польский королевич Владислав. А предатели бояре готовы были пустить на русский престол и вторгнувшихся шведов. И на этот раз Россию вывели из смуты Церковь и духовное здоровье народа. Огромное значение имел призыв патриарха Гермогена, умученного за это поляками. Народ же на своем вече выдвинул в вожди почти никому не известных на Руси нижегородцев-земского старосту Минина и зарайского воеводу, князя Пожарского. В народном ополчении, изгнавшем оккупантов, участвовали, кроме русских, татары, марийцы, чуваши, коми и другие волжские и северные народности Третьего Рима.

Автор: Александр
Дата: 2014-10-05

Алексею: насколько я знаю Алексей, после свержения Лжедмитрия, сделали очень нужное, на мой взгляд дело, все палаты московского Кремля как следует отмыли и освятили, вот уж точно бесовщина там пребывала, в самом деле, по другому и не скажешь.

Автор: Юрий
Дата: 2014-10-05

Алексею и Александру: Господа, оставим эмоции. Что плохого сделал для России Димитрий-Лжедмитрий? Он ведь не отдал ни пяди земли полякам. Не ввел в стране католицизм. Никого не казнил, зато успешно боролся с коррупцией. Лично принимал челобитные жалобы от населения. Если уж кого так обвинять, так это Ивана Грозного. Вот уж крови попил и ослабил державу.

Автор: Александр
Дата: 2014-10-06

Юрию: Лжедмитрий антикоррупционер это забавно! А если серьезно, то См. дискуссию выше... В отличие от Лжедмитрия Иван Грозный сделал не мало хорошего и полезно для страны, хотя конечно и негатива хватало тоже.

Автор: Кирилл
Дата: 2014-10-15

Лжедмитрий был вторым после Ивана Грозного, кто боролся с коррупцией. У Ивана много хорошего, но и много плохого. Лжедмитрий не так полярен. Он много намечал, но не успел сделать. Но с католиками зря дружбу свел.

Автор: Павел
Дата: 2015-01-24

Марина Мнишек получила почетное прозвище- "жена всех самозванцев".

Автор: Альбина
Дата: 2015-03-29

А мне нравится Григорий Отрепьев, я в него влблена. И я говорю не по поводу его политики - это пусть мужчины обсуждают. Мне нравится его внешность. Историки, которые описывают, будто бы Отрепьев был некрасивый, сами, наверное, страшные бородатые дядьки. Григорий был вполне сипатичным молодым человеком, и он гораздо лучше Петра 1 или Ленина, которые были еще те тираны. А Шуйскому и его компании, которые так жестоко рассправились с Отрепьевым, нужно было бы стать на учет в психушку, причем в отделение для буйных.

Поделись с друзьями:

Добавить комментарии:

сумма


; Наверх